Между тем обстановка в кабинете была самая заурядная - обычная, ничем не примечательная комната с тремя стенами, в одной из которых имелось здоровенное окно с широким низким подоконником, через которое хорошо просматривались не только машины во внутреннем дворе, но и люди, которые в них находились.
Четвертой стены не было. Комната одной стороной выходила на галерею; сидя за столом, можно было наблюдать за большей частью зала, в то время как нас разглядеть снизу представлялось затруднительным: кабинет очень скромно освещал небольшой световодный ночник, который вращался вокруг своей оси и мерцал голубовато-сиреневыми россыпями неярких светящихся точек.
Оправившись от смущения, я уже открыл было рот, чтобы задать шефу несколько дурацких вопросов, но тут вплыла та самая, с ногами, а следом за ней притащилась еще пара таких же. Они были похожи как сестры. Это меня удивило и позабавило. Так здорово подобраны по кондициям и одинаково одеты.
Троица быстренько сгрузила с подносов на стол целую кучу етьбы, и мне с очаровательной улыбкой сообщили, что тошнотики будут через двадцать минут. Затем, пожелав нам приятного аппетита, ноги быстро удалились. Я было опять сексанул, но исходящий от блюд аромат пробудил более сильный инстинкт, напомнив, что я ел часов восемь назад и это были малокалорийные худющие сосиски числом три.
Переборов, однако, внезапно проснувшийся аппетит, я снова предпринял попытку заговорить, но Дон махнул на меня рукой и приказал:
- Ешь давай. Только не торопись - здесь прекрасно готовят... Привыкай смаковать... А я отвечу на твои вопросы.
Я сглотнул, пожал плечами и пошарил взглядом по столу. Для начала налил стакан боржоми, выпил залпом и крякнул от удовольствия. Затем, пребывая в некоторой растерянности по поводу выбора блюд, начал скромно жевать салат, что стоял перед носом.
- Итак, - Дон плеснул немного коньяку в низкий пузатый бокал, понюхал, поставил опять на стол, - первый вопрос: почему мы зашли не с главного входа? Там яркое освещение, ковровая дорожка, швейцары в форме... Мы подъезжаем к ступеням, они нас встречают, и вот мы с помпой следуем через зал под изучающими взглядами публики... Ты на это рассчитывал?
Я чуть не поперхнулся; ну кто сказал, что телепатия - чушь собачья?!
- Так вот, - продолжил Дон. - Всех, кто приезжает в "Болдино", встречают именно так. А здесь бывают только те, кому положено. Будь уверен, постороннему просто не откроют двери. - Дон опять понюхал коньяк и медленно проглотил его, со смаком зажевав подсахаренной долькой лимона. - Среди здесь отирающихся много бывшего смерда, которому подобный прием чрезвычайно льстит. - Дон махнул рукой в направлении зала. - Вчера он шарил по карманам на толчке, а сегодня вывернулся - и вот вам, нате! Я презираю этих нуворишей, потому что у них, кроме бабок, нет ничего... Многие из них читали только "Муму" и "Анну Каренину" по хрестоматии в школе. И то до сих пор некоторые из этих баронов не могут понять, за что же Герасим своего пуделька под паровоз пристроил.
Дон на несколько секунд умолк, наблюдая, как я расправляюсь с салатом, а потом спросил подозрительно вежливо:
- Кстати, о птичках. Ты когда-нибудь пробовал маринованных лангустов с артишоками?
Я внимательно посмотрел на него, стараясь уловить, насмехается он или просто интересуется, и, как обычно, не уловил и помотал головой - рот был занят.
- Ага, я так и предполагал. - Дон покачал головой. - На будущее: не надо шибко экспериментировать... Тебе здесь подадут и крокодиловое седло под "Анкл-Бэнсом", если попросишь, - и глазом не моргнут. Я же сказал: закажи, что пожелаешь, так сказать, от души. Ну да ладно, это мелочи... Так вот, я из принципа хожу сюда через подвал. Не потому, что боюсь чужих изучающих взглядов, просто не хочу себя ставить на одну доску с этими. - Он опять показал в сторону зала. - С этим понятно. Еще тебя, наверное, интересует, почему я оставил телохранителей внизу, да?
Я машинально кивнул и открыл крышку одной из кастрюлек, где оказались фаршированные горячие баклажаны.
- У них работа такая - охранять. - Дон развел руками. - Не то чтобы я держал их за людей второго сорта: просто у каждого своя работа, за которую каждый получает свои деньги. А насчет безопасности... Хозяин заведения отвечает за безопасность всех посетителей. Здесь нейтральная территория, и, самое главное, за последние пять лет в этом кабаке не было ни одного трупа. Это тебе о чем-то говорит?
Я опять кивнул и дал себе слово есть помедленнее, потому что первый баклажан проглотил в два приема - до того вкусно. Он был нашпигован, как я определил, слегка поджаренной копченой осетриной - я в таком сочетании эти продукты никогда ранее не пробовал, и сейчас это блюдо вызвало в моих мозговых центрах просто бурю восторга.
- Кушай, кушай - не смотри на меня, - ободрил шеф. - Я просто растягиваю удовольствие. За последние годы я стал настоящим гурманом - привычка получать кайф от хорошо приготовленной еды стала потребностью. Теперь я, если позволяют обстоятельства, затрачиваю на ужин часа три, если не более... А кроме того, как утверждают классики, тщательно пережевывая пищу, ты помогаешь обществу.
Дон почти ласково, с оттенком какого-то сожаления посмотрел на меня. Я опять кивнул, угукнув в ответ и представил себе, какой у меня в этот момент вид по сравнению с моим шефом: этакая, наверно, быстро работающая челюстями околоскотская харя... Я чуть не поперхнулся, на секунду застыл с набитым ртом и перестал жевать.
- Ничего, ничего, - успокоил Дон. - У тебя нормальный вид молодого здорового человека, который хочет жрать. Так что продолжай дальше в том же духе, - посоветовал он.
Я покачал головой и в более медленном темпе продолжил работать челюстями.
- Ну, с вопросами покончено. Теперь следующее: сегодня я сказал, что, будучи на отдыхе, можно довольно успешно продолжать заниматься делом. Было такое?
Я кивнул и навострил уши. Наверняка сейчас он объявит, что через определенное время припрутся какие-нибудь типы, чтобы в не скованной официозом обстановке поддаться его, доновскому, обаянию. И мне на секунду стало грустно: не хотелось напрягаться и соответствовать, хотелось есть, пить и слушать музыку, захмелеть, закурить сигарету - я иногда курю во хмелю - и наблюдать за залом: как-то там они, "новые русские"...