Диалог между Славиком и киллером был примерно такой:
- Кто вас нанял?
- Грек.
- Задача?
- Убрать Чанкветадзе стволом Бакланова. Потом сделать, что Бакланов себя стрелял.
- Как вы должны были сообщить Греку, что акция завершена?
- Мы потом вокзал должен ехать. Грек там встречает, бабки дает.
- Где должны встретиться на вокзале?
- Вторые ворота товарный станция.
- Вы потом должны уехать, так?
- Да, потом домой. 179 в полпятый утра.
- Как тебя зовут?
- Ходжа.
Вот так. Просто и быстро. Пятнадцать секунд. Мне кажется, что Славик когда-то принимал участие в подобном мероприятии, и, наверное, не один раз слишком уж четко, без осечек и на едином дыхании, он вытащил информацию, которая все объясняла и давала возможность выработать план дальнейших действий.
А еще я полагал, что Славик - тот еще фрукт. Кто его знает, чем он там занимался до реформ.
В дверном проеме возникли охранники. И сразу же посторонились, пропустив в комнату хозяина. Дон - заспанный, недовольный, в одетой наизнанку футболке и в спортивных штанах, босой - остановился сразу у двери и спросил:
- Чего у вас тут?
Он обвел место происшествия недоумевающим взглядом.
- Вот так, да? Ага... - И вдруг побледнел, уцепился за стоящего рядом Серегу и сделал какой-то непонятный жест рукой.
- Стреляли... - спокойно ответил я и хмыкнул, передернувшись, - потихоньку приходил в себя, как бывает после скоротечной схватки, победителем из которой ты вышел скорее всего благодаря стечению обстоятельств: повезло, короче.
- Так, значит, - Дон, стараясь не смотреть на трупы, потер висок указательным пальцем, из чего можно было заключить, что он пребывает в нерешительности. - Так... Ну, надо звонить в милицию. Пусть приедут... Да, пусть приедут и разбираются...
он развел руками, как бы удивляясь: ну и наделали вы здесь делов, ребята!
- В милицию? - Славик вдруг посмотрел на шефа как-то странно - как на малолетнего вундеркинда, который прекрасно разбирается в радиоэлектронике, но не может поджарить яичницу. - В милицию, да... Потом потратить пару месяцев на судебные разборки и всю оставшуюся жизнь ждать, когда Грек раскошелится на более удачливых киллеров. Так?
Дон опять развел руками: хрен его знает, господа, как теперь выворачиваться...
- И потом... - Славик продолжал объяснение, - можно не сомневаться, что очень скоро сюда заявятся родственники вот этих. - Он указал на убитых. - Целый взвод, который штурмом возьмет наш офис. А еще прошу учитывать, что один остался живым...
Тут Славик посмотрел на Ходжу. Наверное, не хорошо посмотрел, потому что парень застыл и, пару раз дернув кадыком, открыл рот:
- Брат, я буду молчать, я...
- Заткнись, урод! - оборвал его Славик. - Мы подумаем, что с тобой делать.
- Ну и какие будут предложения? - Дон вопросительно посмотрел на своего начальника службы безопасности.
- Будут. - Славик утвердительно кивнул головой. - Будут!..
он посмотрел на настенные часы. Остальные тоже невольно подняли глаза. Стрелки показывали 3 часа 12 минут.
Спустя несколько секунд все начали активно двигаться - согласно распоряжениям Славика. Коротким и довольно толковым.
Мы быстро обыскали киллеров, разложили трофеи на кровати, а потом долго вытаскивали из комнаты испорченный здоровенный ковер вместе с трупами - работа, скажу вам, очень трудоемкая и неприятная.
Наконец минут через пятнадцать трупы с ковром оказались во дворе, под навесом для машин. А Ходжу начало колотить - от страха или от раны. Наручниками, черт-те зачем хранившимися у Сереги в заднем кармане брюк, его пристегнули к батарее за правую руку, а в левую вложили здоровенный кусок марли, чтобы он мог прикрыть рану.
Я заикнулся, что неплохо было бы парню вкатить обезболивающее, если есть, и уж обязательно надо перевязать. Славик внимательно посмотрел на меня и покачал головой. Я пожал плечами, и тут до меня наконец дошло (разгадал план шефа охраны), что нам предстоит делать в течение ближайшего времени.
Мы все совершили экскурсию в ничейную комнату, хотя я и не предполагал там увидеть что-то для себя неожиданное и предпочел бы принять душ и переодеться, поскольку насквозь пропотел в период возни с ковром - аж волосы в сосульки слиплись.
Некоторое время мы любовались оконной решеткой, стоявшей на ковре. Рядом валялись головки болтов. Видимо, прошлым утром, когда я спал, ребята основательно поработали полотном.
- Так, говоришь, все облазил, до последнего дюйма? - со скрытой иронией спросил меня Славик. Я сдержался и промолчал: разве теперь это так важно?
Затем в спальне Дона состоялось координационное совещание, очень непродолжительное и совсем не бурное, как могло быть после случившегося.
- Что ж, этого следовало ожидать. Чему быть - того не миновать, - объяснил ситуацию Дон. - И за все мы должны благодарить... - Он посмотрел на меня.
Я как-то глупо улыбнулся, не поняв, шутит Дон, упрекает (что я заварил всю кашу) или действительно выражает признательность (ведь час назад его могли убить).
- Слава, так ты что, на вокзал собрался? - Дон очень внимательно посмотрел на Славика, я бы даже сказал, напряженно.
Он умный, наш шеф, прозорливый и по мимике своего начальника службы безопасности определил, чем тот озабочен. Задумка Славика ему здорово не понравилась, хотя в сложившейся обстановке, по-моему, это было единственно верное решение.
- Собрался, да, собрался. - Славик прикрыл глаза и решительно заявил: - У нас нет выбора и потому...
- Есть! - прервал его Дон. - Есть у нас выбор. Я сейчас звоню Феликсу, и он одолжит мне десяток ребят с автоматами.
- Ты лучше позвони командиру батальона милиции. Пусть пришлет два бэтээра и взвод солдат. А заодно позвони в редакцию местной газеты и предупреди, что в следующем номере должно быть детальное описание несостоявшегося покушения на Дона Чанкветадзе. Давай звони!
Славик выпалил это очень сердито. Он никогда не обращался при подчиненных к Дону на "ты" и всегда говорил с шефом подчеркнуто вежливо. Повисла напряженная тишина. Телохранители опустили глаза. Я делал вид, что разминаю шею. Серега покраснел, как ведро на пожарном щите. А Славик в упор смотрел на шефа.