Честно сказать, услышав такое, я просто ошалел. И я ещё раздумывал, жениться на Розочке или нет? Да за такие возможности некоторые люди хоть на корове женятся! А мне жаловаться не на что, сплошные козыри: и невеста в меня влюбилась, и красавицей она очень скоро станет, и родня такая, что её даже в Индии и на Сицилии знают.
Рыпаться против совершенно незачем, да и глупо — у Речных с Эребунскими и Долинными получается «любовь с интересом». Без нашего потока «ништяков» и оружия городских просто разорили бы, отказавшись от накопившихся долгов. А мы не смогли бы сами договориться ни в столице, ни в уезде — связей нужных нет и вес не тот.
Блин! Вот ведь, казалось бы, всё сложилось наилучшим образом. Но роль «племенного бычка», за которого всё решили старшие родичи оскорбляла меня, Серёгу Поликарпова, рождённого в СССР.
И эти эмоции накладывались на подростковые гормоны, так и подталкивая сделать какую-нибудь глупость!
Осознав, что эмоции бьют через край, я отстранился от беседы и начал перебирать чётки. Правда, считалка теперь была другая: «Вспышка» — «Пугач 1» — «Дым» — «Пугач 2» — «Зажигалка» — «Наркоз 1» — «Наркоз 2». И по кругу. Всего двадцать одна ампула, трижды по семь, различаются даже на ощупь.
Ну да, часть моей «последней линии обороны». А ещё имелся Push dagger, он же — тычковый нож. Удобная штука, вообще-то. Острый, способен пробить и кожаные доспехи, и порезать открытые участки тела, легко прячется в рукаве халата, почти неприметен.
Так, что там говорят? Спать отсылают? А и пойду, почему нет?
— В тот год предок наш, Арам Еркат, тёзка нынешнего главы Еркатов в Эребуни, стал тамкаром[2] царя Аргишти[3]. И повелел ему царь построить город-крепость на сём месте, чтобы охраняла большие кричные печи да кузницы.
— А почему не у нас, в Хураздане? — тут же ревниво спросил Торопыжка.
— Потому, что времена были старые, тогда «чёрный камень» не только у вас добывали. А искусных кузнецов и оружейников тогда было совсем мало, вот и берегли их больше, чем рудники.
Слышно было, что мои парни недоверчиво сопят. Не тот ещё у них возраст, чтобы с лёгкостью принять, что ценности меняются. Ещё год назад за крупный «чёрный камень» Речные и жизней не жалели. Однако, кто ж у нас эта умница-сказочница? Голос совсем молодой, но заметно, что обладательница его привыкла распоряжаться. Ого! Это, оказывается, моя невеста. Очко в её пользу! Разузнала, что я ребят каждый вечер сказками балую, и пришла рассказать им свою. Ну что же, послушаем. Я аккуратно, стараясь не привлечь внимания, присел в уголке и приготовился слушать.
— Строить крепость — сложное дело. Привести строителей, дать им прокорм, орудия и материалы. И всё сделать точно в срок, чтобы ни излишков, ни переизбытка не было. Для этого приходится много и точно считать.
— Ага, знаем! — снова встрял наш непоседа. — Когда наш род земли за рекой осваивать собрался, Русе много-много считать пришлось. И в разных вариантах, чтобы сравнить. Но он знаешь, как быстро считает? За пару месяцев всё обсчитал, теперь родичи строят.
— Да, ваш Ломоносов сын очень умён, про его умения скоро сказки рассказывать станут. Только Эребуни — он раз в двадцать больше, чем ваши новые земли. И крепость строить — сложнее, чем новую печь. Да и вариантов разных перебрать и сравнить нужно больше. Боюсь, даже такой умница, как Руса, считал бы не один год. А времени не было, царь повелел строить быстро, да и враги за Хуразданом не дремали. И тогда предок придумал хитрость.
— Он совсем как Саркат Еркат, про которого Руса сказки рассказывает! — подал голос Сиплый. — Такой же хитроумный.
— Наверное, — согласилась Розочка. — Про Сарката мне сказок пока не рассказывали.
— А ты Русу попроси! — вернул себе инициативу Торопыжка. — Он же твой жених, не откажет.
— Обязательно попрошу. Но сейчас он очень занят. Потом как-нибудь. Вы слушать-то будете? Ну, тогда слушайте. Он изготовил специальные палки с цифрами на них. Если их сложить особым образом, сразу видна сумма двух чисел или их разность.
— Чего видно?
— Когда два числа складывают, результат называется суммой. Когда одно из другого вычитают, получается разность. В результате даже очень плохой математик мог быстро и безошибочно складывать и вычитать много раз.
— А эти, как их… Умножение и деление? Руса их быстро делает. Жрец из Храма предков всё удивлялся. Говорил, что быстрее него мало кто считает, а Руса не просто быстрее, а даже в уме, не записывая.