Пока же царь занял бывший дворец наместника уезда. Разумеется, его по возможности украсили перевезёнными из прошлой столицы коврами, статуями и мебелью, но… Как по мне, получилось нечто в стиле «дорого-богато». Или «цыганская эклектика». Украшали по принципу «чтобы больше влезло». И в результате смотрелось «так себе, на троечку».
Сегодня у нас был второй визит к царю. Уж не знаю, по каким соображениям, но первый раз считалось, что это «род Еркатов дары приносит». А юный Руса сюда, типа, так, случайно затесался. Сегодня же официально шли представлять меня и просить царя рассудить претензии Храмов.
Кстати, Храм Луны тоже определился. Они благословили мои действия. Дескать всё это творится на благо богини[1], а потому все зеркала Еркаты должны отдавать им. И чтобы не меньше, чем трижды по шестьдесят в год.
Я аж присел, услышав о такой наглости. Пока что у меня получалось одно зеркало за два дня. Получается, я без выходных и проходных должен батрачить на святых отцов, а они милостиво обещали «компенсировать вес затраченного серебра»!
Даже «огненные» по сравнению с ними выглядели образцом скромности — те только девяносто процентов просили! А эти требовали всё и обещали ли часть затрат компенсировать. После. Когда-нибудь…
Кстати, нынешний царский дворец, если отбросить «богатые украшения», выглядел довольно скромно. Фасад метров двадцать длиной. По бокам — сторожевые башенки, возвышающиеся над остальным зданием. Не так уж сильно, примерно метров на пять. Перед входом лестница всего в три ступени, но зато тянется она вдоль всего фасада. Затем колоннада и три двери: широкий парадный вход по центру и два поменьше — сбоку от него. Дневной вход и ночной. Почему именно так — не знаю. В ответ на мои вопросы родичи многозначительно молчали, типа, так безопасность обеспечивают.
За дверями большой приемный зал. При нужде там выставляли столы и устраивали пиры, но могли и очистить зал для большого приема.
А вокруг зала, заглавной буквой «П» в два этажа шли жилые, административные и хозяйственные помещения. Предполагаю, что сзади есть ещё и черный вход, должны же как-то привозить сюда еду, топливо и прочие необходимые для жизни царского двора вещи, но с обратной стороны мы ни разу не подходили.
Опаньки! В этот раз мы подошли одними из последних, в зале уже тусовалось порядка сотни визитеров, не считая охраны из царских гвардейцев. Та-а-ак-с, кто же у нас тут? Ага, местные Еркаты, похоже, их за гостей не считают. Арцатов тоже около дюжины, и это хорошо. Я был уже в курсе и угрожавшей мне женитьбы, и того, как всё разрешилось.
Ну что сказать, повезло нам всем. Полностью по старому анекдоту: «Меняю старую жену, пятьдесят лет и сто килограммов на двух новых, по двадцать пять лет и пятьдесят килограмм». Мне лично и Розочки с Софочкой пока — за глаза. Братец обзаведётся статусной и молодой женой. Долинный — тоже, да ему, к тому же, ещё и достойную соперницу в постельных делах нашли. Все счастливы, все довольны. И клан Серебряных теперь — наш союзник.
Хм, Храм Предков — эти тоже в целом за нас, только надо урезать их аппетиты. Ага, ещё по дюжине от Храмов Огня и Луны. С этими и ожидаются проблемы.
Достаточно много придворных, справа от трона философы толпятся. Так, а это кто? Судя по одежде — колхи. Но богатые.
— Это посольство от царя Асона, — шёпотом пояснил мне Мартик. Вернее, передал пояснение, полученное им от Исаака.
Та-а-к! Этих только не хватало! Ладно, играем теми картами, что выпали. Я так и не понял все тонкости порядка выступления. Нет, начать должен был Исаак, как старейший представитель нашего рода. Но по ряду вопросов мог отвечать лишь Долинный, как уполномоченный моим дедом представитель Еркатов. А вот по вопросам свадьбы то же самое касалось Мартика, отца невесты. Но как именно они определяли, на что кому отвечать — это выше моего разумения.
К счастью, в отношении меня всё куда проще — я должен был открывать рот только в том случае, если ко мне прямо обратятся с вопросом.
— О Великий царь, прими дары, сделанные для тебя гордостью нашего рода. Сим юношей по имени Руса, сыном Ломоносовым… — начал дядя Изя. А я отметил, что имя отца они изменили так, как я просил. Ломонос, а не Носолом. Пустячок, а приятно. — Не жалел ни он, ни весь наш род для того ни времени, ни средств…
Ага, не жалел! Долинный мне целую истерику устроил, когда я к нему пришел и попросил шесть серебряных шекелей. Зачем? Так для производства зеркал же! Это в нашем времени научились на зеркала наносить слой всего в десятую долю микрона, а у меня пока что хорошо, если сотая миллиметра получалась. На одно зеркало — порядка четырёх граммов.