Примечания и сноски к главе 16:
[1] Борей, Зефир, Нот и Эвр — Боги ветров в древне-греческой мифологии, если кто-то не знал и сам не догадался
[2] Реакция: Na2CO3 + 2 °C = 2 Na + 3 CO Реакцию обычно ведут в среде нейтрального газа или в вакууме, т. к. иначе пары натрия в смеси с угарным газом могут загореться. Но ГГ намеренно их поджёг. Параллельно шли реакции: 2 Na + O2 = Na2O2 т.е. получается перекись натрия и 2 СO + O2 = 2 CO2 Помимо этого идут побочные реакции и в небольших количествах получаются примеси нитрида натрия и карбида натрия. При разведении в воде идёт реакция: Na2O2 + 2 NaHSO4 = 2 Na2SO4 + H2O2
Глава 17
«Здесь будет город-сад!»
— Мы — дома! — радостно проорал команде Тит Синопский[1], едва пентеконтора[2] «Черный Дельфин» мягко ткнулась в доски портового пирса.
Пока пара матросов ловко спрыгнула на пирс и завершила швартовку[3] судна, он вознёс быструю благодарственную молитву Посейдону Черновласому.
«Отпустил, снова отпустил… Спасибо тебе!» — завершил он обращение к богу. Тит серьёзно относился к утверждениям философов, что люди делятся на живых, мёртвых и плывущих по морю[4]. Как бы ни был надёжен твой корабль, знаком маршрут, опытны команда и кормчий, всё равно в любой момент всё может перемениться. Поэтому радоваться тому, что по-прежнему жив, ты можешь, только шагнув на твёрдую землю.
В гавани Белого Города[5], как частенько называли Херсонес, было оживленно: с десяток местных посудин, полдюжины гостей из других полисов и даже парочка финикийских посудин. Ого! А это, похоже, кораблик колхской постройки. Редкий гость в здешних водах.
— Телемах, ты свободен, беги к жене! — зычно распорядился он.
— А мы? — тут же встрял один из старых матросов. — Я бы тоже пропустил кружечку-другую винца. По такой погоде разбавленное да охлаждённое — самое то!
— Заткнись! — добродушно возразил ему капитан. — Ты и неразбавленного не дурак хлебнуть, даже не охлаждая, и в любую погоду. А у парня жена как раз должна рожать! Ладно, парни, чем быстрее товар окажется на складе, тем раньше мы все отдохнём!
— Так может, вам наша помощь пригодится?
Голос спросившего показался Синопскому смутно знакомым. Он обернулся и тихо охнул. Савлак Мгели, бывший его десятник и один из самых лихих абордажников. В пятерку он точно входил. О Зевс Громовержец! Так рядом ведь с ним ещё двое из той же пятёрки — Гоплит и Боцман.
— От помощи не откажусь! — с деланым весельем ответил он. — С меня по оболу[6] каждому!
— Добавь ещё кормёжку и вино в портовой капелее[7] — и по рукам!
Команду не могло не удивить, что экономный капитан и владелец «Дельфина» внезапно согласился нанять трёх портовых бродяг для помощи в разгрузке. Да и груза-то было немного, всего пара сотен талантов. Для полусотенной команды — всего по три-четыре ходки на брата. И уж тем более, всех удивило, что полноправный гражданин не просто оплатил ужин для этих доброхотов-помощников, но и составил им компанию в «чистом углу» капелеи.
Народу там было немного, места предназначались только для граждан города и уважаемых гостей, а тех граждан-то на весь Город — и трёх с половиной сотен не наберётся! И пьют они в порту нечасто. Сам Тит получил этот почётный статус лишь три года назад, и потребовало это немалого количества денег и усилий. Помогло то, что как раз тогда Тит внезапно для многих собратьев по ремеслу разбогател.
Команда была заинтригована и с удовольствием бы подслушала разговор этой четвёрки, но мешало расстояние, громкие звуки флейты и азартные крики игроков в нарды, звучавшие из противоположного угла.
— Ни за что не поверю, командир, что вы трое так обнищали, что вынуждены портовыми грузчиками подрабатывать! — усмехнулся Тит, переходя к делу.
— Правильно понимаешь. Дело у нас к тебе. Точнее — у меня. Есть хорошая наводка.
— Не уверен, что заинтересуюсь… У меня уже есть верный кусок хлеба, да не просто так, а с вином, фруктами и медом.
— Электроном[8] приторговываешь? — добродушно усмехнулся Гоплит. Потом похлопал подавившегося собеседника по спине, дождался, когда тот откашляется, и пояснил: — Ты ещё во время службы, напившись, рассказывал, что мечтаешь завести свой корабль и ходить вверх по Борисфену[9] да менять там оружие и вино на «солнечный камень».
— Да тише ты! — оборвал соратника Тит.