Находясь в полной прострации от услышанного, хлопая глазами на манер полярной совы, я автоматически повторила ее жест и залпом выпила шампанское.
Изольда с легкой улыбкой проследила за моей рукой, дождалась, когда пустой бокал окажется на столе и только тогда спросила:
- Марта, ты же понимаешь, что твоя новая, скажем так, профессия, связана с некоторым риском?
- Ну, разгневанные мужчины, когда их бросают, могут попортить крови, - ответила я, растягивая слова.
- Особенно, если их еще и обирают до нитки, - заметила бабушка.
- Это не я, это их жены.
- Рано или поздно, но обязательно найдется такой, который сопоставит твое появление в его жизни и финансовые потери при разводе.
- И что?
- И захочет наказать тебя. Или вернуть свои деньги. А возможно, и то, и другое.
- Но кто не рискует, тот не пьёт шампанское, - возразила я. – Давай попробуем, а?
Изольда допила содержимое своего бокала и согласилась:
- Уговорила. Дерзай!
С легкой руки бабушки и при всесторонней поддержке ее кавалеров, мы с Лапушкой зарегистрировали фирму, арендовали и обставили офис. Так родилось преступное сообщество, в просторечии именуемое «шайкой»*. Шутка!
Собственных денег у нас было – кот наплакал. И ничего бы мы не арендовали, если бы на помощь мне не пришли родители. Именно они ссудили нас деньгами.
Правда мы с Лапушкой не стали вдаваться в подробности и рассказывать откровенно, чем именно планирует заниматься наша фирма. Мы, честно глядя в глаза знаменитому режиссеру и известной актрисе, четко пересказали то, что было написано в уставе компании. Родители, надо отдать им должное, что-то заподозрили и пообщались с Изольдой, справедливо полагая, что уж она-то в курсе нашей затеи.
Не знаю, что поведала им бабушка, но деньги нам дали. Кстати сказать, спустя год с хвостиком мы вернули всю сумму.
Так вот, когда мы уже готовы были преступить к работе, Изольда заявилась к нам в офис под ручку с одним из генералов. Прошлась по кабинетам, удовлетворенно покивала, а после, устроившись в кресле для посетителей и потребовав мятного чая, сообщила:
- Во-первых, вам нужны сотрудники. Хотя бы секретарь, на первое время. Во-вторых, у меня есть для вас клиентка. Если вы ей поможете ощипать мужа, вашего гонорара хватит на достойный штат. И на булавки останется.
У нас с Лапушкой загорелись глаза.
И вот в назначенный час к нам в офис пришла первая клиентка. В приемной ее встретил временно исполняющий обязанности секретаря один из головорезов Александра Петровича.
Мы никак не успевали подобрать персонал. Брать кого попало не хотелось, вот и пришлось, так сказать, арендовать сотрудника спецслужб. Выбирали самого негабаритного и с полным комплектом зубов, очень уж хотелось произвести на клиентку благоприятное впечатление. Головорез сверкал бритым наголо черепом и демонстрировал мускулистый торс, облаченный по случаю в новый офисный костюм. Я поймала себя на мысли, что выглядит он неплохо. Клиентка, которую головорез встретил, поднявшись со стула, тут же оценила и прониклась.
Наш новоявленный секретарь проводил даму в кабинет, где ее ожидали я и Лапушка. Лапушка улыбнулся, облобызал ручку и предложил кофе. Дама настолько обалдела от Лапушкиного обаяния, что покорно позволила себя усадить на диван, напоить кофе и рассказала свою, прямо скажем, незамысловатую историю.
С мужем она прожила уже тридцать лет. Жарила ему котлеты, варила супы и гладила рубашки. Старалась быть хорошей женой.
Муж, начав свой бизнес с продажи дешевой китайской одежды, изукрашенной логотипами известных брендов, как-то удивительно быстро пошел в гору и стал владельцем сети магазинов готовой одежды. Она сидела дома, воспитывала детей и вела хозяйство. Нет, клиентка не запустила себя. Не ходила по дому в халате, не пугала окружающих маской из клубники и отвисшими телесами, не смотрела дни напролет мыльные сериалы. Напротив, она прекрасно выглядела. Следила за собой, много читала, посещала музеи и модные выставки и была в курсе всех интересных премьер. С ней не стыдно было выйти в люди, что муж с удовольствием и делал. До некоторого времени.
А потом … То ли бес в ребро, то ли еще какая зараза, но он стал задерживаться на работе сверх обычного, перестал дарить цветы и часто уединялся с мобильным телефонам в самых неожиданных местах.