И вот я снова рулю по московским улицам и уже не чувствую себя здесь чужим, несмотря на едкие выпады Киреева. И все мои женщины в прошлом, и вся моя любовь в прошлом. А история в кафе «Амур», не более, чем иллюзия. Иллюзия счастья. И – рано или поздно – я обязательно выясню, насколько она далеко от реальности, и так ли трудновоплотима в жизнь, как хотела мне это показать молдавская девушка по имени Лариса.
Но сейчас меня захватывает ритм расследования. Я нахожу контору Шалеева и грозно подхожу к секретарскому столу. Контора мелкая, скромная до убожества, а секретарский стол – просто огромный. Девочка вскакивает, едва не выпрыгивая из мини-юбки.
– Вы к Василию Константиновича? Вам назначено?
– Не назначено, но я по важному делу.
Похоже, что «велено не пущать».
– Доложись ему быстренько, как положено! – распоряжаюсь я, протягивая визитку.
Клетчатая мини-юбка исчезает за дверью. Наступает тишина. Я думаю, как бы подозреваемый не улизнул через форточку.
Наконец, девочка возвращается и смотрит на меня перепугано.
– Ну, пройдите...
Я «ну-прохожу». В этом случае самое главное помнить о том, мир состоит не только из интеллигентных, культурных и высокообразованных личностей, а и из индивидуумов абсолютно противоположного свойства. Я не делаю ставок ни на сознательность, ни на интеллект производителя мормышек Шалеева.
Хозяин кабинета – приземистый мужчина лет сорока пяти, с маленькими глазками на широком квадрате лица.
– Господин Шалеев, буквально несколько вопросов, – предупреждаю я его реплику.
– По поводу?
– По поводу вашего автомобиля и ваших друзей.
– А в чем дело? И вы же не из милиции, как я понял? – вскидывается он.
– Довести информацию до сведения милиции – пара пустяков.
– Какую еще информацию?
– О том, что ваше авто было замечено на месте убийства бизнесмена Прохорова, и одним из его пассажиров был ваш знакомый Сухарь.
– Сухарь? Когда это было?
Шалеев бледнеет. И я четко понимаю и верю: не знал. Называю дату убийства, и Шалеев садится в кресло с застывшим выражением лица.
– Видели, что это он стрелял? – уточняет у меня.
– Да, есть свидетели и записи видеонаблюдения, – блефую я немного.
– Твою мать! Киданул как, сука! А тачку вернул утром – все окейно типа. Так нагадить! Вот и дружочки – зона она и есть зона. На такое дело подписался – бизнесмена валить. Ну, не урод?
– Урод однозначно. Но вы, я надеюсь, не в доле от этого дела?
Шалеев не находит слов.
– Киданул так киданул!
– Василий Константинович, дело пока не у милиции, и если вы согласитесь помочь в поиске Сухаря и его друзей...
– Да залегли где-то. Или, может, уже и свалили куда – бабки тратить.
– Адреса какие-то его знаете?
– Знаю несколько. В одной баба его живет. Остальные так – на случай.
Шалеев называет адреса нескольких квартир и имена компаньонов Сухаря.
– А зачем вы ему машину-то дали?
– Да, хер его знает. Он говорит: «Моя в ремонте, а телок снять хотим». Не напрокат брать же?
– Да уж, не напрокат брать...
Беседа – на удивление – приносит свои результаты.
– А как вы думаете, – Шалеев пялится в мою визитку, – Илья, если это дело попадет к ментам, они же меня затаскают по следокам? Еще и затусуют в это – чего доброго...
– Я лично не собираюсь передавать им это дело, – успокаиваю я. – Моя задача – найти убийц Прохорова и установить заказчиков.
– Да-да.
Шалеев кивает. Я иду к двери, а он продолжает кивать головой.
– Илья... Вы бы не ехали к нему один. Это такой тип. Может, правда, надо ментам его сдать – они-то сумеют дознаться, кто ему заплатил за мокруху.
Я останавливаюсь. Шалеев явно дорожит установленным контактом и не хочет меня терять.
– Спасибо, Василий Константинович.
Секретарша провожает меня перекошенно-неприязненным взглядом.
За рулем машины я сижу некоторое время без действия. Ехать по адресу жены Сухаря – точно не имеет смысла. Скорее всего, он, действительно, залег где-то. Не исключено, что вместе с братвой. Я мысленно уже определяю из адресов Сухаря наиболее вероятный – в самом дальнем районе. Но явиться туда одному – может быть опасно.
И где же моя пресловутая команда? Кого я могу взять с собой в компанию? Ой-ой. Я вдруг чувствую, что абсолютно один застрял на перекрестке этого расследования
Честно говоря, в такой ситуации не помешала бы даже группа захвата. Не знаю, как такие дела решались в «Спартаке» раньше. Нужно бы спросить об этом у Босса... Но Босс... он же хотел, чтобы я преподнес ему это дело уже решенным – на блюдечке с золотой каемочкой. И я смогу это сделать!
Однако... Нужно какое-то прикрытие. Нужен надежный человек. И желательно – профессионал. На всякий случай, набираю номер Ирины.
– Есть неэротический вопрос. Ты огнестрелом владеешь?
– Что случилось, Илья?
– Просто ответь.
– Нет.
– Оки.
Глупо было и спрашивать. И вдруг понимаю, что единственный человек, который мне может помочь сейчас – это Леди Х. И никто другой. И никто – лучше, чем она.
– Наташа... мне очень нужна твоя помощь.
– Очень? – она усмехается в трубку.
– Сейчас я смотрю на окна квартиры, в которую мне нужно войти. Внутри может быть несколько человек. Нужно, чтобы они открыли мне дверь...
– Они вооружены?
– Да.
– Сколько их?
– Не больше трех.
– Знаешь окончание этого анекдота?
– Нет.
– «Не вижу смысла».
Я смеюсь.
– Скажи адрес, – говорит она просто.
Я называю адрес, и через полчаса Леди Х подходит и садится рядом со мной в авто.
– Я сегодня на метро. И еще – моя пушка зарегистрирована на мое имя.
– Мы не будем стрелять, – успокаиваю ее я.
12. СУХАРЬ
– Я хочу предложить вам христианскую литературу! – Наташа прислоняет к глазку подобранный около скамейки журнал. – Вы знаете, что Господь Иегова видит каждый ваш шаг на земле?
За дверью тишина. Она звонит снова и говорит громко:
– Я никуда не уйду, пока вы не впустите и не выслушаете меня. Я пришла рассказать вам о той жизни, которая ждет нас всех после смерти.
На ней – обтягивающие черные брюки и коротенький кожаный жакет. Невинное лицо и непослушный ежик волос.
– Иди отсюда, девочка! – доносится из-за двери.
Стоя на лестнице, я облегченно выдыхаю, услышав этот голос: братва на месте.
– Я никуда не уйду, пока вы не впустите меня в свое сердце...
Она снова жмет кнопку звонка. Слышится брань.
– Пошла нах отсюда! Не звони, я сказал!
– Мужчина, вы не правы. Я никуда не уйду, пока вы не выслушаете меня, – настаивает маленькая проповедница.
Пожалуй, они могут знать, что свидетели Иеговы не носят брюки.
– Впусти ее – хоть развлечемся, – вмешивается голос помоложе.
– Что за телка вообще? – ругается первый. – Наделала шуму!
– Мужчина, я никуда не уйду. Я достучусь до вашей души! – продолжает Наташа.
– Чокнутая сука! – дверь открывается. – До хуя ты достучишься! Ну, заходи! Послушаем, что ты нам расскажешь!
В ту же секунду я бросаюсь на открывшего дверь. Похоже, это и есть Сухарь. Вталкиваю его обратно в квартиру, а Леди Х берет на мушку его напарника.
– Тихо, ребята! Кто здесь еще?
Но тихо уже не получается. Тот, который «еще», третий, оставшийся внутри квартиры, стреляет первым – и целится явно в женщину. Он не похож ни на кого из досье Игоря, но времени на идентификацию личности нет. Я отталкиваю Сухаря и стреляю. Вариантов очень мало. Парень падает на пол. Леди Х тоже стреляет, и в результате этих нехитрых действий мы остаемся втроем.