– И нужно кому-то верить, – добавляю я.
– Может, и нужно. Но это сложно. Спасибо, – благодарит еще раз и выходит.
16. СНОВА ЗДОРОВО
Рыть – рыть – рыть. Копать – землю, песок, вязкую глину. Долбить гранит. Это и есть работа частного детектива. Не только экстрим, не только драйв, но и рутина.
Я копаюсь в контактах наших пострадавших и увязаю окончательно.
– Ничего нет, – говорит Ирина. – Ничего такого. Никакого «Эд.Сем.»
И я понимаю, что сейчас начнется второй круг ада – повторные встречи с теми, кто не особо хочет нас видеть.
Сотника я нахожу дома – в его загородном коттедже. Все здесь напоминает о весне, почти незаметной в городе. Энергия набухающих почек, мокрый чернозем, подснежники, – все так и просится в дневник наблюдений за природой, который уже давно никто не ведет в мегаполисе.
Открывает мне уже знакомый парень из охраны Сотника. Позвонив хозяину, пропускает в дом без лишних вопросов. Сотник – по-прежнему загипсованный – выходит навстречу. Почему-то он кажется мне еще более бледным, чем в больнице.
– Как вы, Олег Валентинович?
– Приехали узнать, как я?
– Да.
– Не шибко хорошо, – отвечает Сотник. – Как-то медленно заживает и очень болезненно. А вы... что там раскопали?
Он указывает мне на кресло, а сам остается стоять. Я сажусь.
– Вы один здесь... на этой вилле?
– Один. С охраной вот. А с кем я тут еще могу быть?
– А Светлана?
– Светлана? – удивляется Сотник. – Ей работать надо... и вообще. У нас не такие отношения, чтобы... привлекать ее к моей жизни.
Как всегда, когда разговор заходит о женщинах, Сотник начинает срываться и нервничать.
– Зачем мне тут Светлана? – спрашивает он снова. – Чтобы она гипотезы свои излагала или планы строила? Терпеть я этого не могу! Ольга Прохорова приезжала недавно – навещала. Спрашивает: «Так кого же хотели убить? Тебя или Виталика?» Тоже в сыщики подалась. Достало меня это! Вот уже где! – он чиркает пальцем уцелевшей руки по горлу. – Сил нет никаких! Вот оклемаюсь – сразу на работу. Хоть займусь чем-то полезным, отвлекусь. Что там у вас за вопросы снова?
И я спрашиваю об инициалах «Эд.Сем.». Он думает, молчит некоторое время.
– Ох люди, вечно вы что-то такое изыщете... Что значит «инициалы»? – спрашивает вдруг. – Имя и отчество? У меня есть знакомая – Эдита Семакова. Так «Сем.» – это фамилия.
– Эдита Семакова?
– Депутата Семакова дочка. Он сейчас в Думе заседает, в какой-то фракции. Не скажу точно – не интересуюсь политикой. И ее саму сто лет не видел.
– А у вас с ней было что-то?
– Что-то? Ну, был секс пару раз.
– Давно?
– Давно.
– Насколько давно?
– Ну, лет пять назад. Тогда Семаков еще депутатом не был, был просто владельцем фармацевтического концерна. Солидный там капиталище.
– А почему не сложилось?
– У меня с Дитой? А что там могло сложиться? Там ничего серьезного не было – пошалили от скуки.
– А вообще у вас с кем-то было «серьезно»? – просто из любопытства спрашиваю я.
– А это вообще к делу относится?
– Относится.
– Нет, не было, – он пытается пожать плечами, но гипс мешает.
– А конфликта у вас с Семаковой не было... на почве личных интересов?
– Так у нас и интересов особых не было – ни личных, ни безличных, – отрезает он.
Про себя я ставлю крест на этой Эдите.
– Других «Эд.Сем.» не припоминаете?
Сотник морщит лоб.
– Нет.
И я вынужден попрощаться и пообещать информировать его в случае...
Сотник чем-то напоминает мне Сахара. И если в первый раз я более или менее оправдал его резкость, то теперь... как-то зашкалило. Нельзя же быть резким по любому поводу – на ножах со всем белым светом. Это не по-человечески как-то.
Мобила высвечивает кодовую запись «Леди Х». Кажется, мы расстались с ней не при самых благоприятных обстоятельствах.
– Илья, как ты? – интересуется она, и голос невольно выдает ее беспокойство.
– Что-то случилось?
– Нужно поговорить.
Через полчаса встречаемся в кафе. Много молодежи и как-то неуютно. Леди Х выглядит всколоченной. Я беру ее за руку.
– Что-то серьезное?
– Ты не знаешь продолжение этой истории?
– С Гавришем?
– Нет, с Сухарем.
Я качаю головой.
– Короче, была там все-таки баллистическая экспертиза, хотя все жмуры в розыске. А пули-то мои. Менты вызвали Тимура. Тимур вызвал меня. Я сказала, что покойнички крутились возле Гавриша. Я зашла к ним – просто проверить обстановку, ну и такое...
– А мои... пули?
– Тимур сначала наехал, что я не доложилась – ни предварительно, ни по факту. Я согласилась, что это было неумно с моей стороны. И потом он спросил про твои пули.
– Ясно.
– Я сказала, что со мной был друг – тоже детектив. Он услышал выстрелы и не мог не вмешаться.
– Скандал?
– Разумеется. Посторонний в деле. Тем более – из конкурирующего агентства. Думаю, меня уволят. И думаю, твоему Боссу это все уже доложили.
Я смотрю на телефон – мобила молчит.
– А могли не докладывать?
– Вряд ли. Тимур рвал и метал.
– Прости меня. Твоя карьера.., – мне жутко неудобно.
Но Леди Х реагирует совершенно неожиданно.
– Я не делаю карьеры в детективном бизнесе. И не о чем тут жалеть вообще. Тимур злится, а я рада, что есть повод уйти. Я получила хорошее предложение от ФСБ. Специальный отдел по борьбе с организованной преступностью. Там все серьезно, и они во мне очень заинтересованы.
– Но, Наташа... это в тысячу раз опаснее! – ужасаюсь я.
– Именно то, что нужно.
И про себя я думаю, что она чокнутая. Окончательно повернута на экстриме. И это так странно для миниатюрной и хрупкой девочки.
– Значит, тебя это все не напугало?
– Абсолютно.
– Но мне показалось, что твой голос...
– Да, я переживала – за тебя. Ты же только начинаешь в своем бюро, и сразу такие виражи. А тебе еще жить...
Пожалуй, она говорит это неопытному, несмышленому, бестолковому новичку. Не мне.
С другой стороны, известно ли об этом Генке? И если известно, почему он молчит? Ни крика, ни шума, ни пыли.
Леди Х смотрит на меня вопросительно.
– Поедем ко мне?
Я киваю. Нет смысла избегать секса, если рядом такая заботливая, такая надежная, такая верная подруга.
– Ты верна мне, моя девочка?
– Дать презерватив?
– Не надо.
17. ЖАР
И только утром вдруг соображаю, что из-за моей встречи с Леди Х Лариса не дождалась ужина. Если ждала его вообще. Звонить с извинениями в течение дня неудобно. В течение дня я сижу в офисе, курю с Игорьком и прошу его – на всякий случай – узнать координаты Эдиты Семаковой.
– Ого! Это для тебя лично или по делу?
– Свои личные дела я пока сам могу утрясти.
– Не растряси!
Мы ржем. Курим, дурачимся. Появляется Ирина.
– Что за веселье? Вырабатываете гипотезы?
– Тестостерон! – поправляет Игорь.
– Зависнуть бы где-то вместе, – предлагает она. – Хоть расслабиться.
– Давайте сегодня в «Юнге». Прикольно там!
– А где «Юнга»?
Они спорят о клубе и меня тоже пытаются втянуть в спор.
– Ты ж за «Юнгу»?
– Я пас сегодня. У меня свидание.
– Свидание? Да, ну! Брось ты это! – смеется Ирина.
– Бери девушку с собой! – предлагает Игорь. – Посидим вместе. Можем и Кира взять. Кстати, опять о тебе спрашивал.
– В смысле?
– Не ищешь ли ты каких данных.
– А у меня просто спросил, как продвигаются наши с тобой дела, – добавляет Ирина. – Но как-то так, знаешь, двусмысленно...
– Эротические фантазии замучили старого чекиста! – делаю вывод я. – Ок, сегодняшний вечер мне нужен, а потом – куда угодно. Хоть в Красную Армию.