- Большая любовь всегда кончается трагично, - подвел итог вампир. - И за такую мелочь его разыскивают?
- Вообще-то нет, - пожала я плечами, - разыскивают его за три убийства, взрыв королевского дворца, опыты на людях и нелегальную некромантию. А лягушка - это так, автобиографический факт.
- Ну хватит! - Архимаг бесцеремонно прервал поток моего красноречия. На жертвенник ее!
Жертвоприношение происходило в спокойной, можно сказать, дружественной обстановке. Я безропотно позволила валдакам уложить себя на жертвенник и распять железными обручами. Некромант, согнувшись крючком, выискивал что-то в черной книге, шелестя пожелтевшими страницами. Мои спутники с интересом наблюдали.
- А я-то думал, что для такого обряда нужна девственница, - шепнул Лён, наклоняясь к троллю. Мои спутники были прикованы на достаточном расстоянии друг от друга, и возмутительное замечание вампира достигло как моих ушей, так и сухоньких ушек некроманта.
- Я и использую в нем девственницу! - злобно буркнул он, скользя узловатым пальцем по строчкам книги.
- А... ну да, ну да, - глубокомысленно заметил Лён. Вал посопел, похмыкал и бесстыже, раскатисто захохотал.
- Это еще что такое? - Старик заложил страницы гусиным пером и обернулся ко мне, сдвинув очки на лоб. - Отвечай, девица, ты еще девица?
- Да! - буркнула я с видом оскорбленной невинности.
- Ну вот видите... - старик облегченно вздохнул и вернулся к книге.
- Кто ж признается... - опять-таки шепотом заметил Вал. Если учесть, что голос у тролля намного громче и пронзительней мягкого баритона вампира, то и шепот вышел зычный.
- Да девственница я, честное слово! - не выдержала я. - Не слушайте вы их, они вам обряд хотят сорвать! Приносите меня скорее, пока я пневмонию на вашем алтаре не схлопотала!
- Какое благородство! - опять-таки шепотом вздохнул тролль. - Она согласна принести себя в жертву, лишь бы сорвать обряд!
- Любимая, не делай этого! - с подкупающими рыданиями в голове взмолился Лён. - Позволь мне одному нести возмездие за свои грехи, и я умру счастливым, вспоминая о подаренных тобою ночах. Умоляю, скажи, что ты простила меня!
- Ни за что!
- Давай я тебя прощу, и этот лысый вагурц меня отпустит! - предложил тролль.
- О чем это он? - не на шутку разволновался некромант. Даже перо уронил, и книга закрылась.
- Прекратите свои грязные намеки! - возопила я, выворачивая голову, чтобы плюнуть в бесстыжие очи коллег по странствиям.
- Я сейчас сам проверю... - не выдержал маг, кидаясь к полке с амулетами и оберегами. - Проверю, что этот вампир наговаривает... Где же он... лежал же тут... куда я мог его засунуть?
- А кому лучше знать, как не ему! - хохотнул Вал. - Почитай, на каждом привале проверял!
- А тебе завидно, да? - окончательно взбесилась я, осуществляя долгожданный, но маломощный плевок, осевший на рукаве старика.
- Видите? Призналась! - ликующе объявил тролль.
- Уберите ее! - брезгливо приказал архимаг, оставив поиски необходимого амулета.
- Не смейте! Это дискриминация! Я требую, чтобы меня приносили в жертву!
Но валдаки торопливо отвязали меня от алтаря и препроводили к уже знакомым кольцам в стене.
- Куда катится этот проклятый мир! - шелестел старик, пытаясь найти успокоение в заветной книге. - Я готов был поклясться, что по выезде из Стармина она еще была девицей... Иначе не смогла бы отразить валдачьих чар... Но, коль скоро в моих руках оказался сам Повелитель, мы сможем обойтись и без нее. Давайте сюда этого растлителя!
Лён подошел к алтарю с видимым равнодушием. Валдак грубо дернул за цепь, принуждая вампира лечь на каменную плиту.
- Заговоренные цепи, - гордо сообщил архимаг. - Специально для дорогого гостя.
- Я догадался, - высокомерно бросил вампир, откидываясь на спину. Стальные обручи тут же защелкнулись вокруг его щиколоток, запястий, живота и лба. Цепи с Лёна тоже не сняли, закрепили в кольцах по краям алтаря.
Послюнив заостренный уголек, старик с книгой в руке стал делать осторожные наметки, расчерчивая углем мускулистую грудь вампира. Изобразив семь или восемь рун, некромант поставил жирную точку между пятым и шестым ребром с левой стороны и отступил на шаг, критически разглядывая свое произведение.
- А это потом смоется? - подозрительно спросил Лён.
- Смоется, смоется! - хехекая, пообещал старый хрыч. - Обмоется...
Налюбовавшись замысловатой символикой, старик с кряхтеньем полез в настенный шкафчик и извлек оттуда высокий глиняный горшок с орнаментом из леших и кикимор. Пошептав и пощелкав пальцами, маг сорвал крышку с горшка, и оттуда хлынул холодный синий свет. В горшке тлели угли из костей саламандры. Их использовали при закалке волшебных мечей. Уголек можно было взять в руку и даже проглотить, не поморщившись. Лишь соприкосновение с железом вызывало яростный температурный выброс. Подтверждая мою догадку, некромант опустил в горшок нечто вроде длинного узкого ножа на деревянной ручке. Из горшка прыснул сноп искр, послышалось шипение.