- Вот наша гостиница, - сообщила алеющая лицом девушка Анна Стогова. - Приехали, товарищи.
Глава 13
- Что, Локи, Вам тоже не по нраву местная архитектура? - спросил товарищ Хьюстон тоном, лишенным ожидаемой издевки. - Не переживайте. Так, одинаково и серо — почти только здесь, ну или, может, еще в паре мест на весь Союз, но до них Вам, скорее всего, все равно не будет дела. Этот город, знаете ли, отстраивался почти полностью и заново в середине прошлого века…
Мы уже выбрались из салона замечательного образца советской эсомобильной промышленности, и сейчас стояли — все трое — у входа в очередное советское здание, скучное, серое, выстроенное из все тех же типовых блоков: впрочем, к последнему я начал уже немного привыкать.
Эсомобиль, кстати, уехал совершенно сам, без участия шофера — девушка Анна Стогова осталась со мной и нами: видимо, надолго покидать подопечного ей было запрещено, или, как минимум, не рекомендовалось.
Этому, последнему, обстоятельству, я обрадовался неимоверно, почти до прижатия ушей и размахивания хвостом — некоему профессору всерьез показалось, что, положись он на товарища Хьюстона, тот непременно устроил бы какую-нибудь каверзу — возможно, не со зла, но лишь по причине излишней живости инженерского характера.
- Пятидесятые двадцатого, не согласился я, - это, как мне помнится, самое время расцвета городской архитектуры. Новые веяния, методы, поиск. Не могу, правда, вспомнить, ни одного зодчего того времени, но в Атлантике — почти повсеместно — встречаются красивые и удобные здания, выстроенные как раз этими парнями и именно в пятидесятые. Что офисы, что заводы, что жилые дома…
- Если Вы не заметили, - осклабился инженер, - то Вы сейчас не совсем в атлантической стране. Это, некоторым образом, Советский Союз, государство прямо противоположного социального строя. Стоит ли полагать…
- Законы развития инженерного уклада везде одинаковы, - я расслабился: инженер вернулся к своей, мне категорически неприятной, манере общения. Ощущение постоянно надвигающегося подвоха не исчезло совсем, но побледнело и спряталось. - Тем более, что ни техническое, ни технологическое сотрудничество Атлантики и Союза не прекращалось, кажется, ни на единый год — особенно, после того, как наши страны совместно победили во Втором Акте Великой Войны!
Мы, тем временем, поднялись по ступенькам типового бетонного крыльца и оказались в преддверии. Типовую же стеклянную дверь в металлической раме товарищ Хьюстон, кстати, перед Анной открыл — американец, в конце концов, оказался не полностью безнадежен!
Оказавшись внутри здания, компания наша направилась в сторону стойки хостесс, или как она тут называется: шаги глушил широкий красный ковер.
Мне на секунду показалось даже, что там, по ту сторону ковровой дорожки, ожидает что-то очень хорошее — например, сотни раз виданное в эловизионных постановках Вручение Главного Приза… Хотя, конечно, предстояло пока только заселение в отель.
- Любые объективные тенденции пасуют перед волюнтаризмом! - обрадовался возможности поспорить приумолкнувший было товарищ инженер. - Особенно с учетом того, что волевые решения принимает некто, облеченный всей полнотой власти, и категорически не желающий советоваться со специалистами…
Мне очень нравится проверять на живых людях нехитрый психологический прием, который отец мой, например, называет «поиграть в собачку» — в этом мне, конечно, сильно помогает строение морды лица. Это вот так: если в компании несколько человек, и у тебя более одного собеседника, нужно смотреть на обоих (или сколько их там) попеременно, останавливая взор ровно на одинаковое количество секунд на каждом, переводя же взгляд, слегка наклонять голову набок.
Практика показывает, что собеседники, привыкнув к такой манере поведения, внезапно перестают ощущать тебя как человека — это развязывает языки и позволяет услышать что-то такое, о чем в иной ситуации предпочли бы умолчать.
С друзьями я так, конечно, не поступаю, но новых знакомых — симпатичную девушку и неприятного мужчину — я встретил сегодня впервые, в отношении обоих испытывал некие подозрения, и потому…