- Что, перебор, да? - совершенно уже спокойным, пусть и заинтересованным, тоном, осведомилась девушка. - Прости, милый! Сама не знаю, что на меня нашло, я ведь… Ну, ты понимаешь… Ты такой умный, придумай, в конце концов, что-нибудь!
Я и придумал: рассказал о своих, пока гипотетических, планах, снова взять советский контракт и вновь посетить эти удивительные края, но уже, скажем так, не в одиночестве.
- Мне, конечно, нравятся вот эти вот восторженные нотки, - начала девушка немного издалека, - и посмотреть на все чудеса социального прогресса было бы интересно, но…
Я сделал вопросительное выражение морды, пусть и догадывался примерно, о чем пойдет речь.
- Локи, но я не хочу в СССР! - Не преминула поддержать мою уверенность далекая собеседница. - Разве что, летом, ненадолго и в качестве туристки! У нас и дома есть, на что посмотреть, и все почти хорошо, в Союзе же холодно, страшно, коммунисты и кормят, наверняка, похуже, чем принято на Зеленом Эрине!
Я принялся ее переубеждать, и делал это столь продуктивно и долго, что приснопамятные демоны утомились: батарея моего элофона показала эфирное дно.
Несмотря на то, что девушка моя явила себя со стороны незнакомой и слегка пугающей, сам разговор с Рыжей-и-Смешливой прошел весело и интересно: оставалось закончить тот на позитивной ноте, но для этого был нужен повод. Его, правда, мне не замедлили предоставить.
- Неужели все настолько хорошо, что не на что пожаловаться? - Искательно, насколько это возможно в рамках псевдообъемного изображения, созданного советским связным демоном, заглянула мне в глаза девушка.
Ей, конечно, хорошо была известна моя привычка время от времени впадать в совершенно трезвую меланхолию определенного толка: кризис среднего возраста настиг меня пусть и запоздало, но, все же, неминуемо. Так вот, в заданном вопросе звучали сразу и забота, и интерес, и даже желание немного меня поддеть — чтобы не расслаблялся, видимо.
- Есть. Есть, на что пожаловаться, - я прижал уши. - Мне тут литературы не хватило, в том числе — рабочей. Справочники всякие, даже учебники… Советская научная школа отличается от атлантической, пусть и не очень сильно, - я поиграл лицом, мол, «ты ведь понимаешь, да?», и продолжил: - Глупо было бы не воспользоваться возможностью, и не изучить что-то новое, возможно даже — передовое.
- Ох, Локи, - ответила девушка. - Насколько я успела тебя изучить, самый надежный способ привести профессора Амлетссона в неистовство и заставить рыть землю всеми лапами, - Рыжая-и-Смешливая заулыбалась сразу и ласково, и саркастически, — это отказать ему, профессору, в доступе к Высокому Знанию… Да?
- Да, - немного хмуро подтвердил я. Сентенция о некоторых моих особенностях показалась тем ироничнее, что была весьма точно сформулирована. - Я, конечно, нашел способ…
- Дай, догадаюсь, - Рыжая-и-Смешливая сощурила глаза, - ты открыл для себя служебную библиотеку?
В верхнем правом углу морока появился и принялся мигать символ: стилизованная пикторуна, изображающая пустую бочку и сидящего на ней сильно уставшего чертика.
На самом деле, понять, что конкретно нарисовано, я сам бы не смог — и никто бы не смог, включая, подозреваю, и автора рисунка, сумей тот выйти из многолетнего наркотического транса. Значение символа было понятно из контекста: почти села батарея, смысл же изображения мне объясняли нарочно, при этом специалист по современному эфирному искусству, кажется, сам был не до конца уверен в собственных словах.
В общем, разговор и вправду пора было заканчивать.
- Да, побывал я в местной библиотеке, - согласился я с совершенно очевидным. - Отличное собрание, прекрасный каталог, найти можно буквально все, что требуется — особенно, если подойти к вопросу вдумчиво и поискать старательно, - я улыбнулся. Получилось так себе, но в таких случаях засчитывается и попытка. - Больше пяти сотен единиц хранения только по моей основной тематике и паре смежных… Проблема только в том, что… - я почти договорил, но был решительно перебит: девушке вновь надоело молчать.
- Совершенно логично, - улыбнулась ехидно Рыжая-и-Смешливая. Все эти сотни томов, они…
- Именно, - понуро согласился я с невысказанным. - Все они написаны на советском языке.
Глава 25
Мне всегда нравилась моя работа.
Более того: если взрослому серьезному мужчине, состоявшемуся и признанному профессионалу, не нравится то, чем он занимается — он, мужчина, свернул куда-то не туда. С некоторой долей вероятности, свернул давно: лет двадцать назад, если не все тридцать, для отдельных, долгоживущих народов — от ста до тысячи.