Но что-либо ответить ей Жон уже не смог, поскольку в этот момент вернулась официантка, поставив перед ними два фигурных сверкающих бокала. Она тут же налила в них густую красную жидкость, после чего опустила бутылку на стол поближе к Жону — явно для того, чтобы ему было удобнее ухаживать за Винтер.
— За плодотворное сотрудничество, — произнесла та, подняв свой бокал.
В сложившихся обстоятельствах ее слова звучали почти что издевательством.
Жон позволил стенкам их бокалов соприкоснуться, а затем сделал небольшой глоток.
"Пустынная роза Вакуо".
Лишь напиток из пустыни мог оказаться настолько крепким. Раньше он думал, что "обжигающая горло волна" была некоторым преувеличением... Наверное, так получилось именно потому, что из спиртного Жон пробовал лишь крайне дорогие вина сначала вместе с Синдер, а теперь вот еще и с Винтер.
"Пустынная роза Вакуо" казалась потоком лавы, сжигавшим всё на своем пути. Она вызывала чуть ли не физическую боль, так что Жон опустил бокал и поспешил несколько раз вздохнуть.
— Довольно крепкий напиток, — усмехнулась Винтер, явно ожидавшая именно такой реакции.
И эта штука действительно была очень крепкой...
— Кстати о сотрудничестве... — начал было Жон, но Винтер покачала головой, приложив палец к губам — на этот раз к своим собственным.
Он снова вздохнул, но всё же смирился, прекрасно понимая, что если ей не хотелось общаться на данную тему, то никакие переговоры состояться просто не могли. Вот только зачем Винтер вообще его сюда притащила, если не желала разбираться с делами?
— Всему свое время, а пока наслаждайся атмосферой.
Какой еще атмосферой он должен был наслаждаться? Завистливыми взглядами богатых снобов? Или относительной тишиной, в которой молча питались довольно влиятельные люди? В конце концов, тут любой без особых проблем мог услышать чуть ли не каждое слово их разговора.
— Лучше расскажи мне о том, как ты недавно сразился с Торчвиком, — попросила Винтер, повернувшись к нему и тем самым заставив обрамлявшие ее лицо локоны покачнуться. — Что привело тебя в порт как раз в нужный момент? Ты получил какую-то информацию о том, что там происходило?
— Не хотелось бы тебя расстраивать, но мое появление в порту не имеет ни малейшего отношения к ограблению, — вздохнул Жон, сделав крохотный глоток из своего бокала. — Просто удачное стечение обстоятельств. Я пытался уладить конфликт в одной из команд, Торчвик со своими Буллхэдами поставил их под угрозу, а остальное ты наверняка и сама знаешь.
— Довольно честно, — рассмеялась Винтер. — Кто-нибудь другой на твоем месте, скорее всего, попробовал бы придержать эту информацию при себе, особенно если бы его заинтересовала награда.
Проклятье... Тут она была полностью права, а Жону как раз требовался любой возможный козырь в предстоящих переговорах.
— Не думаю, что это имеет какое-либо значение, — пожал он плечами, после чего заставил себя улыбнуться. — В конце концов, независимо от причины, я всё же сумел предотвратить похищение груза ПКШ.
Винтер слегка нахмурилась, уставившись в собственный бокал, и это стало его первой маленькой победой в их словесном поединке. Впрочем, она поспешила скрыть недовольную гримасу за этим самым бокалом, а после короткого глотка на ее лице снова была лишь уверенная улыбка.
— Цель оправдывает средства, да? Ну, думаю, здесь ты не ошибаешься. Подобная точка зрения весьма популярна в Атласе, и пока что она нас еще ни разу не подводила.
Это Жон уже понял... Поведение генерала Айронвуда весьма наглядно демонстрировало правдивость ее утверждения, да и вклад Атласа в постройку Колизея Согласия тоже служил просто замечательным примером. Если под словом "армада" подразумевалось именно то, о чем подумал Жон, то их подход к обеспечению безопасности Фестиваля Вайтела наверняка окажется... весьма своевольным.
— А та команда, которой ты помогал... Им было что-нибудь известно об этом ограблении? Столь позднее посещение порта выглядит довольно странно...
— Сомневаюсь, — ответил Жон. — Если только ты не допускаешь мысли, что на Торчвика могла работать твоя собственная сестра.
Винтер вздохнула, что-то пробормотав о том, как Вайсс вечно влезала в неприятности, но Жон ее слов разобрать так и не сумел. Впрочем, он и не желал дальше продолжать разговор на эту тему, поскольку тот мог очень плохо закончиться для Блейк. Пусть Вайсс и простила ее за бурное прошлое, но вряд ли Винтер проявила бы точно такое же великодушие.
К счастью, от дальнейшего допроса Жона спасла официантка, поставившая перед ним какое-то непонятное блюдо: то ли рыбу, то ли салат, порезанный красивыми мелкими ломтиками и щедро сдобренный различными специями и приправами. Быстрый взгляд на Винтер показал ему, что сейчас следовало взять самый маленький из пяти столовых приборов.