Жон как следует тряхнул головой и повернулся к своему коллеге.
— Да? — отозвался он, искренне надеясь на то, что у него не пошла носом кровь, как это бывало у мужских персонажей во всяких низкопробных аниме.
— Я сказал, что твои подопечные, похоже, вновь вознамерились устроить скандал. Может быть, тебе стоит пойти с ними разобраться?
Жон проследил за взглядом Питера, чтобы в очередной раз увидеть Руби, Янг и ту беловолосую девушку. Только на этот раз они решили начать выяснять отношения рядом со стеной, где находилась еще одна девушка с черными волосами и бантом.
— Опять? — простонал Жон, с некоторым трудом заставив себя оторваться от стены.
В спину ему донеслось веселое фырканье Питера:
— Не так уж и просто усмирить настоящих Охотниц, но иногда нам приходится прилагать все возможные усилия ради мира во всем мире. И помни, мальчик мой, у них есть острые когти!
— Ага. Но если тебе вдруг покажется, что я не справляюсь в одиночку и могу погибнуть в неравном бою, то не стесняйся вмешаться и спасти меня из их когтей, — ответил ему Жон, улыбнувшись, когда Питер рассмеялся.
Довольно странно было осознавать, что из полного зала подростков его возраста своим другом он мог назвать лишь мужчину чуть старше сорока лет.
— Я и так всегда была на твоей стороне! — крикнула Руби, пока Жон направлялся к ним, попутно изучая место действия.
Участники оказались всё теми же, разве что теперь они носили пижамы, которые открывали куда больший простор для фантазии Жона, чем их повседневная одежда. Хотя бы Руби в своих штанишках и маечке не вызывала у него ничего, кроме умиления.
Жон старательно не смотрел на ноги Янг, которая явно заметила его приближение и насмешливо улыбнулась. Впрочем, он так и не понял, кому именно предназначалась эта ее улыбка: ему или беловолосой девушке?
— Довольно. Расходимся, дамы, — произнес Жон, встав между четырьмя девушками, хотя одну из них, читавшую книгу, вряд ли можно было назвать участницей конфликта.
И вновь глаза беловолосой расширились от ужаса, а рот моментально захлопнулся. Похоже, она ожидала от него какого-нибудь наказания.
Жон вздохнул.
Пусть ему очень хотелось высказаться по поводу тех, из-за кого пришлось приходить сюда уже дважды, и сделать так, чтобы третьего раз не было, но учебный год еще не начался, да и создавать себе плохую репутацию желания у него совершенно не возникало.
— Я не знаю, кто это начал, — сказал он, попытавшись заглянуть в глаза всем четырем девушкам по очереди.
Руби смущенно уставилась в пол, беловолосая отвела взгляд в сторону, демоница в обличии блондинки шаркнула ножкой и вызывающе ухмыльнулась, а последняя так и не оторвалась от книги, скорее всего, решив, что ее это просто не касалось.
Ну... Жон полагал, что тут она оказалась права.
— Но я это закончу. Я победил — все остальные проиграли. А теперь всем спать.
К его удивлению, услышавшие его слова студенты рассмеялись, а получившие выговор девушки покраснели. Первой ушла беловолосая, с некоторым уважением поклонившись Жону, прежде чем в ярости унестись прочь. Ему оставалось надеяться лишь на то, что он не обрел себе врага.
Хотя бы в том, о чем думала Руби, точно можно было не сомневаться. Она подняла голову и неуверенно посмотрела на него. Жон в ответ улыбнулся и едва заметно пожал плечами, словно бы извинившись за те действия, которые требовала от него эта должность. И Руби его, похоже, поняла, тоже улыбнувшись и вернувшись к выбранному для сна месту.
— Ха! В следующий раз победа останется за мной, проф, — ухмыльнулась Янг, подмигнула ему и последовала за своей сестрой.
Жон с трудом отвел взгляд от ее задницы.
Повернувшись к оставшейся девушке, он отметил ее ночную рубашку, практически не скрывавшую красивых длинных ног-...
"Да что же это такое?! Нет! Плохой Жон!"
Она что, и в самом деле не могла подобрать позу попроще, которая не побуждала бы пробежаться взглядом по всем этим изгибам?
— Скоро погасят свет. Стоит начать искать подходящее место для сна, — произнес Жон, решив не давать волю своей фантазии, чтобы не обрести себе новых проблем.
Девушка наконец оторвалась от книги и посмотрела на него своими ярко-желтыми глазами. Это был довольно необычный цвет...
— Спасибо, — ответила она тихим и приятным голосом.
Жон улыбнулся и кивнул, а затем отправился прочь.
Честно говоря, он не мог дождаться окончания этой ночи, когда прекрасные девы в откровенных нарядах перестанут дразнить его воображение. Вот почему они не могли надеть что-нибудь более консервативное?! Как, например, его любимый спальный комбинезончик...