Жон взял себя в руки, аккуратно закрыл за собой дверь и двинулся прочь по коридору.
* * *
— Аргх!
Бокал вина врезался в стену и разлетелся множеством осколков, оставив после себя кроваво-красное пятно. Его руки тряслись, а ногти впились в ладони с такой силой, что высветили защищавшую кожу ауру.
Кулак ударил в простенок между дверью и небольшим зеркалом, из которого на него глядели полные ярости и ненависти темно-синие глаза.
Довольно!
С него уже было более чем достаточно!
Сначала Глинда, затем студенты, а теперь еще и Барт? Тот самый человек, которого он считал своим другом, как бы странно это ни выглядело со стороны?
За один-единственный день она умудрилась сделать несчастными чуть ли не всех. Да как ей в голову взбрело бить по его друзьям, студентам... людям, которыми он дорожил?
Как она посмела?!
"Мы не наблюдаем за тем, как ситуация выходит из-под контроля, а бьемся за то, чтобы иметь возможность на нее повлиять".
"Вот только я не Охотник... По крайней мере, не настоящий..."
— Может быть, наступило время стать настоящим Охотником?
Жон тяжело вздохнул, а затем снова посмотрел в зеркало. Человек в нем носил его лицо, но сейчас оно выражало страх... а также просто невероятные гнев и ярость.
Синдер могла закопать его в любой момент. Он являлся преступником и мошенником, но о последнем ей вряд ли было что-либо известно. А еще легче ей оказалось бы его убить.
"Но спроси у самого себя вот о чем, Жон. Что произойдет, если ты вообще ничего не предпримешь?"
Тогда ответ на этот вопрос казался ему довольно простым. Он либо попадет в тюрьму, либо погибнет. Это зависело от того, кто успел бы добраться до него первым. Но теперь, после всего того, что ему довелось увидеть? Синдер отравляла школу одним своим присутствием, словно злокачественная опухоль. Если Жон выберет бездействие, то в итоге пострадает не только он.
Они все окажутся вынуждены дорого заплатить за его решение.
Глинда... Та самая женщина, которая всегда упорно трудилась, первой поверила в него и посвятила немалое количество своего свободного времени тому, чтобы избавить Жона от множества проблем. Она была строгой и непреклонной, но столь редко появлявшаяся на ее лице улыбка выглядела невероятно красивой...
Питер. С ним в качестве напарника Жон провел целую ночь во время церемонии посвящения. Они рассказывали друг другу истории, чтобы хоть как-то скрасить скуку наблюдения за спящими студентами. Его медвежьи похлопывания по спине неизменно выбивали воздух из легких, и несмотря на бесконечные шутки, а также хитрость и лень, Жон всё же считал Питера своим другом.
Барт, ненавидящий, когда его называли Бартоломью, всегда стремился вовсе не к собственному благу, а к тому, чтобы помочь окружающим людям. Чтобы им не пришлось проходить через то же, что довелось пережить ему самому.
Даже Озпин, этот основательно подсевший на кофе и склонный к манипуляциям всеми подряд ублюдок, был для Жона не совсем посторонним человеком. Да, его странные взгляды и намеки очень быстро заражали окружающих тупостью, подталкивая к далеко не самым разумным поступкам... Но ведь одно то, что он сделал Жона школьным психологом, отлично показывало, что благополучие студентов вовсе не было ему совсем уж безразлично.
Руби — светлая и идеалистичная девочка с весьма многообещающим будущим...
Блейк с ее саркастичными усмешками и довольно циничным взглядом на жизнь... Но не стоило забывать и о ее невероятном оптимизме, а также готовности усердно трудиться ради того, чтобы хоть что-то в этом мире стало лучше.
Проклятая Янг, которая почему-то никак не хотела покидать мысли Жона. Неужели у Синдер получится раз и навсегда отбить у нее желание шутить и смеяться?
А еще имелись обожающая порнографию Вайсс, всегда вежливая Пирра, несколько отстраненный Рен, вечно пылающая энтузиазмом Нора... Вельвет, которой всё еще требовалось помочь, Кардин, в последнее время продемонстрировавший немалый рост над собой, а также множество других студентов Бикона...
Теперь ведь Жону придется страдать совсем не в одиночку, верно?
"Помни, сын", — раздался у него в голове голос отца. — "Нет ничего опаснее человека, которому больше нечего терять".
Довольно...
Синдер желала войны? Отлично, она ее получит. Жон выдержал столкновение с ней во время их прошлых встреч, превзошел Винтер Шни и бросил вызов собственному предназначению быть вечным неудачником. Он сражался с Гриммами и спас жизнь Вельвет.