— Д-да, — кивнул Меркури.
А что еще он мог тут предпринять? Отказаться от собственных слов и столкнуться с совершенно неизбежным вопросом о том, к чему это вообще было сказано? Перед лицом профессора Жона Арка, который как минимум не уступал Торчвику? И тем самым закопать себя еще глубже? Меркури не мог даже заявить, что влюбился в Никос. Не после того, как профессор специально указал на то, за кем именно он последовал!
Вот дерьмо...
Наверное, стоило попробовать свести всё к попытке попросить совета насчет отношений с девушками, но для этого было уже слишком поздно. Меркури не имел возможности ни забрать назад те проклятые слова, ни притвориться, будто его как-то неправильно поняли.
— Извините! Я просто не знал, как к вам подойти! — выпалил он, согнувшись в поклоне и уставившись в пол. Ему было отлично известно, через какое унижение в данном случае придется пройти, но это всё равно оказалось гораздо лучше перспективы стать тем, кого Синдер принесет в жертву ради сохранения своих планов. — У меня имеются к вам кое-какие чувства, но я вовсе не собирался вести себя как сталкер. Просто нервы не выдержали напряжения, и при попытке заговорить я спрятался.
— П-понимаю...
Вряд ли это действительно было так. Меркури и сам не слишком хорошо понимал, что за бред сейчас нес. Казалось, вся эта сцена сошла с экрана того дерьмовейшего романтического фильма, который ему как-то раз пришлось посмотреть вместе с Эмеральд... Боги, а если она узнает о том, что тут произошло? Или кто-нибудь другой?!
Тогда Меркури будет вынужден их всех убить...
— Прости... — после довольно продолжительного молчания произнес профессор, и в его голосе послышалось сразу множество эмоций: шок, неловкость, недоумение, растерянность и, может быть, даже некоторое беспокойство.
Но зато там не имелось ни малейшего следа подозрения.
И это было хоть каким-то утешением... Если бы Меркури прошел через все выпавшие на его долю унижения и всё равно не сумел бы выкрутиться из данной ситуации, то наверное, выбросился бы из первого подвернувшегося окна.
— Прости, но я не могу ответить тебе взаимностью.
— Ничего стра-... — начал было Меркури, но его прервал внезапно раздавшийся неподалеку шокированный вздох.
Посмотрев туда, он понял, что сбылся его самый ужасный кошмар. Немного в стороне стояли как минимум шесть девушек, чьи направленные на него взгляды выражали удивление, недоумение и — что было хуже всего — сочувствие. Одна держала в руках свиток, и красный огонек на нем говорил о том, что весь их разговор записывался.
Это оказалось уже слишком.
Он не мог их всех убить, поскольку рядом всё еще находился профессор, не был способен решить вопрос при помощи слов, иначе вообще не попал бы в подобную ситуацию, и не сумел удержаться от того, чтобы покраснеть, просто представив себе реакцию Эмеральд и Синдер.
Поэтому Меркури Блэк — самопровозглашенный наикрутейший перец округи — убежал, чтобы не создавать самому себе еще больше проблем. Он даже не подумал о том, как это выглядело со стороны... парень с красным лицом унесся прочь после того, как его публично отказали.
А если бы и подумал, то ему, скорее всего, стало бы только хуже.
* * *
— Всё могло пройти гораздо лучше, — вздохнул профессор Жон Арк, почувствовав весь груз своих прожитых лишь по документам лет. — Наверное, мне стоило подойти к этому делу чуть более тактично?
Вопрос был адресован зрительницам. В ответ он получил настолько ледяные взгляды, что холоднее этих ему доводилось видеть, пожалуй, лишь у Глинды.
— Да, определенно, следовало проявить немножечко больше такта, — пробормотал Жон, направившись прочь.
Устало потерев виски, а затем помассировав переносицу, он попытался справиться с постепенно нараставшей головной болью.
Просто замечательно... у него появилась еще одна проблема. Завтра и без того требовалось провести консультации у трех четвертей команды RWBY, попробовать наладить диалог Вельвет с ее товарищами, продолжить доставать Синдер, чтобы ей некогда было заниматься своими планами...
Определиться с тем, на чью же все-таки сторону склонялся Роман...
Теперь еще и с разбитым сердцем Меркури Блэка следовало что-нибудь сделать?
— Как же я ненавижу четверги...
Может быть, наступило время позвать тяжелую артиллерию?.. По крайней мере, тогда Жон сумеет сосредоточиться на проблемах команды RVNN — той самой, которую сам едва не доломал, показав Пирре альтернативный налаживанию отношений с Вельвет вариант.
— Директор, — произнес он, когда Озпин ответил на звонок. — Да, это Жон... Не могли бы мы завтра встретиться по одному вопросу?