— Он захотел напасть на гражданского? — с ужасом переспросила Глинда.
Джимми тоже нахмурился, а вот Оз оставался совершенно спокойным.
— Он спас наши задницы. И кстати, к кабинету мэра Жон добрался быстрее меня, хотя я туда летел. Просто пришел и аккуратно вырубил кучу вооруженных охранников, которых встретил по дороге. У них не имелось ауры, — поспешил добавить Кроу. — Но Жон всё равно смог проникнуть внутрь здания, разобраться с противниками и опередить меня, так и не подняв тревогу.
— Впечатляет, — произнес Оз, никак не выдавая своих мыслей по поводу столь безжалостной тактики.
Кроу пожал плечами и продолжил рассказ:
— Мы допросили мэра. Я хотел применить прием с хорошим и плохим полицейскими, но Жон настолько разозлился из-за грозившей мелюзге опасности, что полицейские из нас получились плохим и очень плохим. Тут-то и выяснилось, что нашу группу подставил патологоанатом. Жон понял, какая над его студентками нависла угроза, и мы поспешили к ним на помощь.
Кроу сделал небольшую паузу, чтобы еще раз поднести ко рту фляжку.
— Итак, мы вновь оказались на улице. Люди продолжали на нас охотиться, но мэр уже начал рассылать своих ополченцев, чтобы их успокоить, так что нам удалось добраться до нужного места без особых проблем. Естественно, входная дверь была заперта, но мы ее выломали и уперлись в еще одну, на этот раз металлическую. Зайка из-за нее отчаянно звала на помощь, а потому нам оставалось лишь попытаться пробиться и через новую преграду.
Вот теперь Кроу действительно заинтересовал слушателей. На секунду он даже задумался над тем, чтобы подать в отставку и стать настоящим сказителем.
— С дверью так ничего и не вышло — прочная оказалась штука. Поэтому мы решили разделиться и поискать какой-нибудь другой путь внутрь. Я обошел дом, подобрал подходящее окно и только-только начал превращаться, когда раздался выстрел, и всё стихло, — произнес Кроу, подавшись немного вперед. — К тому времени, когда я оказался в доме, девчонки уже были спасены, зайка занималась с хлопьями легкой эротикой, пытаясь вернуть ее обратно к жизни, а герой дня стоял над трупом сумасшедшего доктора.
— Жон его убил? — с ужасом переспросила Глинда.
— Безумец сам себя убил, — ответил ей Кроу, приставив к виску сложенные пистолетом пальцы, сымитировав звук выстрела и дернув головой. К сожалению, никто не оценил его пантомимы. Зрители попались на редкость неблагодарные.
— Или профессор пожелал, чтобы мы думали именно так, — пробормотал Джимми Дубочлен.
Кроу вновь пожал плечами.
Как бы ни хотелось возразить Джимми, но подобная мысль закрадывалась и в его голову. С другой стороны, даже если Жон сделал что-то настолько противоречащее закону... то стоило просто забыть обо всём. В конце концов, злодей свою смерть полностью заслужил.
— И каково твое мнение о нем? — наконец подал голос Озпин, тем самым заставив остальных замолчать.
Кроу почесал заросший щетиной подбородок, уставился в потолок и попытался подобрать нужные слова, чтобы как можно точнее выразить собственные мысли. Очередной глоток из фляжки тоже немного помог, впрочем, как и всегда.
— Он действует нестандартно даже по моим меркам. Не пытается исполнять все правила до последней буквы, рассматривает ситуацию под иным углом, не боится применять силу, если возникнет такая необходимость, — пожал плечами Кроу, а затем ухмыльнулся. — Думаю, Жон относится как раз к тому типу парней, которые сделают именно то, что требуется, наплевав на возможные последствия. Мне он понравился!
— Кто бы сомневался, — хмуро произнес Джимми. — Судя по твоим же собственным словам, профессор опасен и не достоин никакого доверия. Я уже говорил тебе, Озпин, что люди с подобным прошлым таят в себе немалую угрозу. В дикой природе ему приходилось выживать любой ценой, так что на адаптацию к жизни в обществе понадобится время.
— Я ему полностью доверяю, — сказала Глинда, сделав шаг вперед, сложив руки под грудью и сердито посмотрев на своего старого друга. — Мне кажется, он представляет опасность только для тех, кто угрожает его студентам. Во время миссии требовалось очень быстро принимать решения, и Жон всё сделал правильно. К тому же не стоит забывать и о том, что он потерял всех своих друзей и знакомых еще до того, как стал полноценным Охотником. Школа в Вакуо пала, когда ему было всего лишь семнадцать лет.