Впрочем, Меркури ее в этом ничуть не винил. Ему и самому начало казаться, что он спал и вот-вот должен был проснуться.
— Разумеется, мы выполним ваш приказ, — поспешила добавить Эмеральд, когда Синдер слегка нахмурилась. — Но можно поинтересоваться его причиной? Если всё дело в полученных нами результатах, то-...
— Нет, дело вовсе не в них, — покачала головой Синдер. — Если точнее, то не только и не столько в них. Просто в ретроспективе сама мысль о том, что кто-то из вас сумеет что-либо узнать о нем, кажется мне глупой. Он чересчур хитер, чтобы попадаться на подобные уловки.
— Мэм?
— Я лично разберусь с нашим дорогим профессором, — произнесла Синдер, и судя по ее взгляду, сейчас имелось в виду вовсе не физическое устранение. — Он доказал, что слишком опасен для вас двоих, и в том нет вашей вины.
Если расшифровать фразу Синдер, то она сказала, что профессор Арк превосходил их во всем. Впрочем, ни Меркури, ни Эмеральд не собирались оспаривать это утверждение.
Да, они были сильными и умелыми, иначе бы Синдер их не выбрала. Ее руководство вознесло их на новые вершины мастерства, но профессор всё равно оставался сильнее и опаснее. Он был буквально создан для войны и битв. Ему чуть ли не подчинялся Роман Торчвик. Что с ним вообще могли сделать такие, как они с Эмеральд?
"Наверняка как раз по этой причине Синдер и заставила нас сдать Торчвика властям — чтобы уменьшить влияние на него Арка ".
Впрочем, задавать ей подобные вопросы Меркури никогда бы не посмел. Если Синдер пожелает, то сама сообщит ему всю необходимую информацию.
— Чем мы должны теперь заняться? — поинтересовалась Эмеральд, перейдя к действительно важным вещам.
Меркури поддержал ее кивком.
— Вы вдвоем постараетесь втереться в доверие к кое-каким студентам, — ответила Синдер. — Жон собирает в Биконе свои собственные силы, о чем эти идиотки, которыми он манипулирует, вряд ли вообще подозревают. Но в ретроспективе его действия кажутся очевидными.
— И кто же это? — уточнил Меркури, так и не поняв до конца, о чем она говорила.
— Команда RWBY, — произнесла Синдер, положив на стол свиток с выведенными на экран фотографиями.
Меркури их узнал. Большинству первокурсников было известно об этой команде хотя бы из-за входивших в нее девчонок.
— Именно они помешали Прорыву. Но самое забавное, что даже до того их пути слишком уж часто пересекались с делами нашего дорогого Романа.
— И они всегда выживали... — пробормотал Меркури, а его глаза тут же округлились от внезапной догадки.
Торчвик вовсе не был идиотом, а его злобная малявка легко могла прикончить кучку чересчур самоуверенных детишек. Даже их с Эмеральд от недовольства Торчвика защищало лишь покровительство Синдер. Пожалуй, он смог бы справиться с ними и в одиночку, если бы пожелал.
Но пятнадцатилетняя Руби Роуз вмешивалась в его дела как минимум дважды... хотя нет, трижды, если верить добытым Синдер при помощи взлома сервера отчетам.
— Один раз — случайность, два — совпадение... — прошептала Эмеральд, встретившись взглядом с Меркури.
— А три — уже закономерность, — закончил за нее тот.
Синдер кивнула.
— Действительно, — сказала она. — И на эту закономерность я стала обращать внимание лишь совсем недавно. Посмотрите вот сюда.
На экране свитка появился отчет об инциденте в порту. Меркури вспомнил, что в тот день Торчвик потерял добытый Прах, но сумел уйти и вроде бы даже победил профессора Арка.
Теперь становилось понятно, что они тогда о чем-то договорились.
— После инцидента мисс Белладонна находилась под угрозой отчисления, — указала Синдер на нужную часть отчета. — Жон моментально вмешался и прикрыл ее, заменив наказание на психологические консультации.
Она пролистнула отчет немного дальше.
— Ага. А вот и другой случай, когда эти детишки столкнулись с Романом, который странным образом не смог их победить, хотя в тот момент управлял Паладином. И снова наказание свелось к консультациям с Жоном, только теперь уже для всех членов этой команды.
— Он привязывает их к себе, — прошептал Меркури. — Промывает им мозги во время консультаций?
— Уверена, ничего настолько серьезного там нет, — покачала головой Синдер. — Но в целом ты прав. Разумеется, они ощущают, что находятся в долгу у того, кто их защитил. Кроме того, это отличная почва для развития романтических чувств, позволяющих ему заставлять их делать то, что потребуется.
— Они — глаза и уши профессора среди студентов, — закончила за нее уставившаяся прямо перед собой Эмеральд. — Он провернул всё это прямо у нас под носом!