— Эм... да.
— Вот и замечательно, — сказала она, сделав глубокий вдох и немного успокоившись. Затем Глинда поправила очки и привела в порядок немного растрепавшуюся прическу. — И всё же... ты мог бы заранее меня предупредить, чтобы я успела хоть как-то подготовиться.
Жон недоуменно посмотрел на нее.
— Подготовиться к чему? Похоже, я здесь что-то упускаю.
— Ко встрече с твоими родителями, — ответила Глинда. — Знаю, что мы согласились быть вместе, особенно после того, чем тогда занимались. Но тебе не кажется, что знакомить меня с твоими родителями немного рановато?
"О Боги, так она подумала..."
— Стоп-стоп-стоп, всё совсем не-...
— Само собой, наши отношения я воспринимаю очень серьезно, и рано или поздно это должно было произойти... Но не через пару же недель, — сказала Глинда, вновь начав нервно расхаживать по классу. Впрочем, сейчас она хотя бы уже не выглядела настолько испуганной. — Как объяснить им разницу в возрасте? Нет, я обо всем знала, но теперь увидела твою мать... Ей ведь даже пятидесяти нет...
— Маме сорок два...
Жон понял, что это оказалось ошибкой еще до того, как закончил свою фразу. Глинда замерла, после чего пораженно на него уставилась.
— С-сорок два? — выдохнула она. — А мне тридцать три... Я ближе по возрасту к твоей матери, чем к тебе...
Подобные мелочи его никогда особо не заботили. Жон догадывался о том, что Глинда была значительно старше него и даже его сестер, тем более что ее строгое поведение накладывало свой отпечаток. Но зато красота никакого возраста не имела.
— Разве это важно?
— Важно ли это? Я на тринадцать лет старше тебя!
Если честно, то на шестнадцать, а то и семнадцать. То есть почти в два раза.
— Меня такие мелочи не волнуют. Или считаешь, что я ничего не знал о нашей разнице в возрасте? Просто для меня всё это не имеет абсолютно никакого значения.
— Для тебя — может быть, — вздохнула Глинда, отведя от него взгляд. — Но что я скажу твоим родителям?
Ох... сколько же хлопот он ей доставил одним своим существованием?
Жон тоже вздохнул, после чего подошел к Глинде, обнял ее за талию и прижал к себе. Честно говоря, сейчас был первый раз, когда они находились настолько близко друг к другу, с тех самых пор, как... Впрочем, это тоже не имело никакого значения. В конце концов, разве влюбленные парочки не должны были вести себя именно так?
Жон наклонился и ощутил, как ее мягкие губы прижались к его. Они ведь даже спали вместе, и какой-то там невинный поцелуй просто не мог вызывать подобную эйфорию, но почему-то всё равно вызывал. Как будто по его телу прошла целая волна пламени, заставив сердце биться быстрее, а руки — крепче сжимать ее в своих объятьях.
Глинда обхватила плечи Жона, а затем покраснела и немного отстранилась, посмотрев на него круглыми глазами.
— И к чему это было? — спросила она.
— Я... не знаю.
У его поступка наверняка существовали какие-то логические предпосылки, но Жон отвлекся и позабыл о том, зачем это сделал.
Глинда рассмеялась, но вырваться из его объятий так и не попыталась.
— Причина точно существует, — сказал Жон. — Я не помню, в чем конкретно она заключается, но скорее всего, мне просто захотелось тебя поцеловать.
— Ну что же... вполне разумная и достойная причина.
— Послушай, Глинда. Насчет моих родителей... Я им о тебе ничего не говорил.
Она с удивлением посмотрела на Жона, и тот поспешил пояснить:
— Нет, вовсе не потому, что стыжусь тебя, наших отношений или разницы в возрасте. Просто ты попросила держать всё это в тайне.
— То есть они ничего не знают?
— Ага, — улыбнулся Жон. — Так что тебе не стоит волноваться о какой-то там "встрече с родителями".
Глинда со вздохом кивнула и через секунду спокойно выбралась из его объятий, заставив Жона тут же ощутить тоску по исчезнувшему теплу ее тела.
— Прости, — сказала она. — С моей стороны было очень глупо поднимать панику... Надеюсь, ты обо всем позабудешь.
Позабыть о том, какой милой и беззащитной выглядела Глинда в его объятьях? Да ни за что!
— Как уже было сказано, подобные отношения... эм... являются для меня чем-то новым. Я бы предпочла сразиться с сотней Гриммов, чем внезапно столкнуться с твоими родителями, — произнесла она, посмотрев на Жона. — Хочу кое-что уточнить... Ты действительно... не возражаешь против того, что мы не будем им ничего о нас рассказывать?
— Меня это более чем устраивает, — искренне улыбнулся он.
Честно говоря, так было бы даже проще. Чем меньше потрясений испытают родственники Жона, тем ниже окажутся шансы на то, что они случайно сболтнут что-то лишнее. Кроме того, если всё пройдет не по плану... Хотя нет, они не будут так поступать. Просто не смогут.