— Можно и так сказать, — хмуро произнес Николас. — Но наш сын о вас ни разу не упомянул.
— Потому что я его об этом попросила, — пожала плечами Глинда. — Мы были вместе... относительно недолго, и мне совсем не хотелось, чтобы наши отношения начали вызывать какие-либо проблемы среди студентов.
— А сколько конкретно времени вы уже вместе? — поинтересовалась Джунипер, все-таки сумев прийти в себя и недовольно посмотрев на Жона.
Но вообще-то, он не был виноват в том, что мама выплюнула сок в его девушку.
— Около двух недель, — ответила ей Глинда. — Но лишь из-за моей собственной трусости и нерешительности. Я могла бы предложить встречаться гораздо раньше.
— Подождите, так предложение исходило именно от вас?
— Да, — кивнула Глинда, смущенно откашлявшись и отведя от них взгляд. — Мы танцевали на школьном балу, но чувства к нему у меня появились задолго до этого. Какое-то время я старалась не обращать на них внимания... ну, разница в возрасте и всё прочее... Но вечно так продолжаться не могло.
— Если вас не оскорбит подобный вопрос... Сколько вам лет?
— Тридцать три.
Жон вздрогнул, заметив, как глаза Джунипер округлились, а взгляд непроизвольно скользнул в его сторону.
— Я об этом знаю, — сказал он. — И ничуть не возражаю.
— Да... ладно... — рассмеялась Джунипер. — Всё в порядке, не обращайте на меня внимания... Просто я удивилась, что мой сын внезапно представил мне его первую девушку.
А также тому, что эта самая девушка оказалась вдвое старше него. Впрочем, Жон и так всё понял. Да и Глинда тоже, судя по ее нервному ерзанью. Даже Николас явно не знал, что тут можно было сказать или сделать. В итоге он просто устроился рядом с Джунипер, взяв ее за руку.
Но как бы неловко ни чувствовал себя сейчас Жон, Глинде приходилось гораздо хуже. Потому-то он и прикоснулся к ее колену своим, предлагая хоть какую-то моральную поддержку.
— Разница в возрасте — это не такая уж и проблема, — произнес Жон. — Тем более, что мне регулярно приходится проверять контрольные работы моих студенток, после чего очень сложно питать к ним какие-либо романтические чувства.
Разумеется, это была наглая ложь, но уж врать за время своего пребывания в Биконе он научился просто замечательно. И конечно же, не стоило забывать о том, что впервые поцеловался Жон именно со студенткой.
— Н-наверное, так и есть... — пробормотала Джунипер, постаравшись улыбнуться. Получившийся результат вряд ли мог убедить в чем-либо Жона, Глинду или даже ее саму, но попытка всё равно заслуживала хоть какой-то благодарности. — Итак, вы... встречаетесь... И как оно?
— Отлично, — ответил Жон, решив как можно более осторожно подбирать слова. — Пока у нас состоялось лишь одно полноценное свидание, но мы потанцевали вместе на школьном балу... да и до того были знакомы.
— Это очень хорошо, — рассмеялась Джунипер. — Многие отношения распадаются именно из-за того, что люди слишком плохо знают друг друга. По крайней мере, никаких внуков в ближайшее время не намечается, верно?
К своему немалому ужасу, Жон почувствовал, как покраснел, да и Глинда смущенно отвела взгляд в сторону. А вот стакан в руке у Джунипер едва слышно хрустнул.
— Эм... — пробормотал Николас, удивленно моргнув, когда она отправилась к кухонным шкафчикам, вытащила из мусорного ведра полупустую бутылку и наполнила ее содержимым этот самый стакан. — Ладно... Надеюсь, что у вас никаких проблем не возникнет. Но может быть, мы с Джун сами обо всем расскажем девочкам?
— Как насчет того, чтобы вообще ничего им не говорить? — предложил Жон.
Николас вновь удивленно моргнул.
— Знаешь, а это отличная идея. Пожалуй, именно так и поступим.
— Я вернулась, — с совершенно искренней улыбкой произнесла Джунипер, усевшись за стол и взяв Глинду за руку. Жон и раньше знал, что ее способности ко лжи ничуть не уступали, а то и превосходили его собственные, но сейчас получил весьма наглядное подтверждение. — Знаю, что для чего-то подобного еще слишком рано, Глинда, но добро пожаловать в семью.
— Эм... — протянула та, поскольку обладала вполне достаточной наблюдательностью, чтобы заметить неестественно резкую смену настроения. — Спасибо, Джунипер. Понимаю, что такие известия легко могут шокировать.
— Шокировать? Нет-нет, я всегда знала, что мой малыш когда-нибудь вырастет. К тому же семнадцать и тридцать три — это ведь довольно близко, верно?
— Семнадцать?..
Глаза Жона еще не успели расшириться от ужаса, как Джунипер продолжила:
— Прошу прощения. Разумеется, двадцать... Возможно, тебе тоже однажды придется испытать на себе всю сложность осознания того, что твои дети взрослеют.