В детстве подобные мысли приносили Жону немалый комфорт, но сейчас вполне могли обречь его на поражение.
— Здесь находятся тренировочные площадки, — произнес он, отперев класс при помощи выданного ему Глиндой кода.
Большинство арен казались излишне большими для задуманного ими боя, так что Жон даже не стал включать над ними свет. В конце концов, не стоило совершенно бессмысленно увеличивать счета Бикона за электричество.
— Всё осталось примерно таким же, как в моих воспоминаниях, — кивнул Николас. — Только оборудование явно обновили.
— Потому что Глинда старается достать для своих студентов самое лучшее, чтобы как следует подготовить их к взрослой жизни.
Джунипер вздрогнула и открыла было рот, чтобы что-то сказать, но Николас взял ее за руку и мягко улыбнулся, не позволив это сделать.
— Насколько я понимаю, мы воспользуемся одной из арен, верно? Бой до исчерпания твоей ауры?
Жон нервно сглотнул, отметив для себя, что его отец ничуть не сомневался в исходе схватки. Это ведь даже не было попыткой запугать противника — всего лишь констатацией факта.
— До того момента, как кто-либо из нас сдастся или потеряет сознание, — ответил он, несмотря на пересохшее горло.
— Разве это не опасно? — обеспокоено поинтересовалась Джунипер, только сейчас до конца осознав, на что конкретно согласилась. Теперь ее муж и сын должны были драться друг с другом.
— Хочешь зайти настолько далеко? — слегка приподнял бровь Николас. — Не волнуйся, Джунипер, я скручу его очень аккуратно. Ты же знаешь, что у меня просто не поднимется рука серьезно навредить нашим детям.
— Да, знаю. Но...
Они посмотрели друг другу в глаза, как это часто бывало, перейдя на какой-то безмолвный вид общения. Через несколько секунд Джунипер кивнула.
— Ладно, — сказала она. — Пусть будет так.
Впрочем, подобное решение ничуть не помешало ей кидать обеспокоенные взгляды в сторону Жона.
— Я подготовлю арену, — произнес тот. — Автоматика проследит за уровнем наших аур и не допустит случайного попадания по маме.
— Хорошо, оставлю это дело тебе.
Жон кивнул, подойдя к механизму, который начал постепенно оживать.
— Вставь свой свиток вот сюда.
— Он и так показывает мою ауру... — сказал Николас.
— Это необходимо для арены, — пояснил Жон. — Она не включится, пока не убедится в том, что у обоих участников достаточный для начала поединка уровень ауры. Одна из мер безопасности.
Хотя вряд ли что-то подобное действительно могло помешать подраться тем, кто искренне желал это сделать. Скорее всего, таким способом производитель оборудования просто хотел обезопасить самого себя от любых возможных претензий.
Жон взял в руки свиток отца и вставил в слот рядом со своим собственным. Некоторые экраны засветились, но он их отключил, оставив лишь те, что были необходимы для настройки параметров схватки. Вскоре оба индикатора аур показывали ярко-зеленые полоски.
— Ты довольно неплохо со всем этим справляешься.
Жон пожал плечами и улыбнулся.
— У меня вполне достаточно практики: уроки, желающие устроить спарринг студенты и просто полуофициальные бои... К тому же производитель оборудования не стал переусложнять интерфейс.
Николас нахмурился и жестом попросил Джунипер уйти с арены. Та его послушалась, продолжив взволнованно кусать губы.
Как только она покинула зону слышимости, Николас посмотрел на Жона.
— Можешь уже перестать, — строгим голосом произнес он.
— Перестать что?
— Я понятия не имею, насколько сильнее ты стал в плане боевой подготовки, но манипулировать окружающими научился просто замечательно. Сначала представил нам своих студентов, потом девушку, а теперь периодически напоминаешь о том, как хорошо ты тут устроился. С самого прибытия в Бикон нам то и дело попадаются люди, которые очень расстроятся в случае твоего исчезновения, — покачал головой Николас. — Джунипер может поддаться голосу сердца, которое подсказывает ей, что мы пытаемся лишить тебя счастья, но я на такую уловку точно не поведусь. И мне совсем не нравится, как ты играешь с ее чувствами.
Жон ощутил угрызения совести, хотя всё это получилось совершенно случайно. Он вовсе не ожидал, что Глинда признается его родителям в том, что у них имелись романтические отношения. Но даже так Жон собирался использовать в битве за возможность остаться в Биконе любое доступное ему оружие.
— Я вовсе не бессердечный, но если продолжишь взывать к моим чувствам, то тебя ждет лишь разочарование, — произнес Николас, вытащив из ножен меч. Разумеется, это был вовсе не украденный Жоном Кроцеа Морс, но выглядел он ничуть не менее смертоносным. — Я сделаю всё необходимое для защиты членов моей семьи... хотят они того или нет.