— А петь ты когда-нибудь пробовал?
— Мама говорит, что энтузиазма у меня не отнять.
— Но о том, что у тебя действительно получается это делать, она ничего не упоминала, верно?
Жон слегка прищурился.
— Знаешь, вот сейчас, после твоих слов...
"Боги, разве данная ситуация вообще способна стать еще хуже?"
Глинда вздохнула и отступила на шаг назад, просто не зная, что тут еще можно было добавить.
— Тебе совсем не обязательно это делать, Жон... Мне всего лишь требуется чуть-чуть времени на то, чтобы немного успокоиться. Я просто боюсь, что сейчас могу совершить какой-нибудь необдуманный поступок.
— И... получается, никакой гитары не нужно?
— Да, — кивнула она. — Обойдемся без гитары.
— Эм... — виновато протянул Жон.
Выражение его лица совсем не понравилось Глинде. Она слегка прищурилась и наклонилась к нему.
— Что? — спросила Глинда. — Что еще ты успел натворить?
— Ну-у-у... я не был уверен в том, что сумею с тобой сегодня встретиться, — признался Жон. — И потому попросил одну не самую любимую мной личность об услуге, которую она мне задолжала. Так получилось, что в ее распоряжении оказалась возможность разослать сообщение на все-все-все терминалы Ремнанта.
— Погоди, что? Это ведь серьез-...
Глинда замолчала, заметив, как висевший на стене коридора экран включился, продемонстрировав сидевшего в небольшом помещении Жона с гитарой на коленях.
— Ты не мог, — прошипела она.
— Получается, мог, — слегка поморщился стоявший перед ней оригинал.
— Кхем, — откашлялась копия Жона на экране. — Этим видео мне бы хотелось извиниться перед Глиндой Гудвитч... Я всё испортил и теперь собираюсь попросить у нее прощения.
Она покраснела, почувствовав на себе взгляды собравшихся в коридоре людей. И всё стало гораздо хуже, когда до нее наконец дошло, что данный ролик сейчас смотрел весь Ремнант.
"Пожалуйста, отключись", — мысленно взмолилась Глинда. — "Кто-нибудь, прервите трансляцию".
— Итак... пожалуй, начнем, — произнес Жон на экране. — Глинда, прости меня за то, что я был таким идиотом.
Возможно, всё окажется не так уж и плохо? Или все-таки плохо, но настолько мило, что всем даже понравится?
Впрочем, кошмарные звуки, которые Жон сумел извлечь из своей гитары, никакой уверенности в этом не внушали.
— МНЕ ПОД КОЖУ ЗАПУСТИЛИ БЫ БЕОВУЛЬФОВ СТАЮ!
Это... это вообще была песня или какой-то предсмертный вопль?
— За что?! — воскликнула Глинда, зажав ладонями уши. — Почему ты решил выбрать именно такое?!
— Как я уже сказал, мне известно лишь несколько мелодий, — пожал плечами Жон. — И эта лучше всех подходит для извинений.
— Я УМРУ ВНУТРИ ТЕБЯ, Я ПО ТЕБЕ СКУЧАЮ!
— Видишь?
Глава 54 – Скомканное прощание
Жон напряженно проследил за тем, как Синдер извинилась и вышла из помещения. В его ушах по-прежнему звучали ее прощальные слова, и как бы ему ни хотелось обратного, ничем, кроме угрозы, они быть не могли. Хотя нет, это оказалось даже не угроза — обещание.
Роман наверняка бы скривился от отвращения, услышав о подобной глупости. Впрочем, глядя на Янг, Жон отчетливо понимал, что повторил бы всё еще раз, если бы ему пришлось.
— Спасибо, — прошептала она, обхватив его руками за пояс, прижавшись к груди и тихо всхлипывая. Жон чувствовал, как слезы пропитали его рубашку. — Спасибо-спасибо-спасибо...
— Это просто неле-...
— Джеймс, — не позволила ему закончить фразу Глинда. — Не здесь и не сейчас.
Айронвуд громко вздохнул и промолчал, а затем и вовсе покинул помещение. Озпин последовал за ним, оставив их втроем. И что было еще важнее, все они оказались из тех, кто поддержал Янг, что позволило ей хоть немного расслабиться.
— Всё в порядке, — произнес Жон. — Ничего страшного не произошло.
— Клянусь, я сказала чистую правду, — пробормотала Янг, еще сильнее вцепившись в его рубашку и не спеша встречаться с ним взглядом. — Я бы никогда не сделала ничего подобного даже с самым злейшим врагом!
— Знаю.
— Т-там случилось что-то непонятное...
— Знаю.
— Я не... не...
Янг замолчала и еще крепче прижалась к его груди. Жон больше не слышал всхлипываний, но зато отлично чувствовал, как из ее глаз лились слезы.
Он обнял ее за плечи.
— Я всё знаю, Янг.
Так они и простояли несколько минут в практически полной тишине. Янг тяжело дышала и иногда украдкой вытирала слезы. Ее глаза были красными, а улыбка — едва заметной, но это ничуть не мешало ей оставаться всё такой же красивой и — что сейчас оказалось гораздо важнее — испытывать самое настоящее счастье.