В каком-то смысле Жон обменял свою собственную безопасность на ее. Отказался заставлять платить невиновного человека за совершенные им ошибки. Стоило ли называть эту сделку выгодной? Он считал именно так.
— Мисс Сяо-Лонг, — прошептала Глинда, положив ладонь на плечо Янг. — Почему бы вам не отправиться в Бикон и не побыть со своей командой? Думаю, будет гораздо лучше, если вы окажетесь там как можно раньше и... не станете встречаться с другими студентами.
— Я... Да, наверное, вы правы, — кивнула она, скорее всего, тоже понимая, что в данный момент вряд ли являлась любимицей остальных учеников Бикона. Пусть Жон и не позволил ее отчислить, но изменить всеобщее отношение к ней ему было не под силу. — Спасибо, мисс Гудвитч... Можете передать мою благодарность директору?
— Хорошо, я передам, — кивнула Глинда.
Янг отпустила Жона, подошла к двери и хотела было что-то сказать, но затем передумала и просто вышла в коридор. Оттуда послышались торопливые шаги. Наверняка она собиралась последовать совету Глинды и побыстрее вернуться обратно в свою комнату, за что Жон никак не мог ее винить.
— Ситуация для мисс Сяо-Лонг оказалась не из легких, — произнесла Глинда. — Пусть даже вы с Питером довольно оперативно отреагировали, но запись уже успела расползтись по всему Ремнанту.
— Знаю. Теперь люди станут ее презирать.
— Со временем это пройдет. Просто глупая ошибка молодой девчонки. Но пока будет лучше за ней присмотреть.
Жон замер, медленно повернувшись к Глинде.
— Думаешь, Янг может попытаться как-то себе навредить?
— Она — сильная девочка, но даже самых сильных возможно довести до определенной грани. Те, кто подвергаются издевательствам со стороны сверстников, не так уж и редко решают избрать, как им кажется, наиболее простой путь. В случае мисс Сяо-Лонг ситуация еще хуже, — вздохнула Глинда, посмотрев ему прямо в глаза. — Потому я и прошу тебя, Жон, приглядеть за ней.
Он кивнул.
— Хорошо, пригляжу. Пожалуй, даже назначу Янг несколько консультаций.
Вряд ли она станет с ним спорить после того, как Жон не дал ее отчислить.
— Это было бы просто замечательно.
Слова Глинды не являлись вопросом, а потому не имелось никакого смысла на них отвечать. Разговор зашел в тупик, и наступила неловкая тишина, а поскольку объединявшая их Янг уже ушла, на первый план вновь вылезли немного пострадавшие в последнее время отношения. Ни ей, ни ему не хотелось поднимать данную тему.
Он посмотрел на Глинду, но та отвела взгляд. Впрочем, это означало, что до того она тоже смотрела на него. Жон почувствовал, как у него пересохло во рту. Он понимал, что следовало сказать или сделать хоть что-нибудь, лишь бы разрушить столь давящую атмосферу.
— Я рад, что ты встала на ее защиту, — произнес Жон.
— А ты что, считал, будто я брошу свою студентку?! — возмутилась Глинда. — Принесу ее в жертву точно так же, как и мисс Никос, поскольку поступить таким образом будет гораздо удобнее для меня?
— Нет, я... — пробормотал Жон, попытавшись отыскать какие-нибудь подходящие слова. Пока что все его фразы способствовали лишь дальнейшему разжиганию конфликта. — Я просто хотел сказать, что действительно рад.
— Мисс Сяо-Лонг — моя студентка, и именно я отвечаю за ее образование и в какой-то мере воспитание. Ни то, ни другое у меня бы не получилось осуществить в случае ее отчисления.
Тон Глинды заставил Жона вздрогнуть. Он и сам признавал, что заслужил ее гнев, но это уже куда больше напоминало пытку.
— Послушай, Глинда. Мне и в самом деле жаль. Я понимаю, что очень плохо тогда соображал и всё испортил. Что мне следовало сначала хорошенько подумать.
— Да, следовало.
— И я это признаю, — продолжил Жон. — Как и то, что совершил громадную ошибку, неправильно подобрав не только слова, но и место со временем. Мне нужно было спросить тебя либо в комнате, либо после уроков, но никак не в момент нашего свидания. Ты имеешь полное право на меня обижаться, но я хочу сказать, что жалею обо всем, что там прозвучало.
Он посмотрел на Глинду, которая по-прежнему не спешила встречаться с ним взглядом. А поскольку хождение вокруг и около явно не приносило нужного результата, то, пожалуй, стоило сформулировать свою мысль чуть более прямолинейно:
— Ты меня когда-нибудь простишь?
— Возможно... — ответила Глинда, хмуро уставившись в ближайшую стену.
Внутри Жона вспыхнула искорка надежды, но такая крохотная, что он просто боялся за нее уцепиться.
— Возможно?
— Я... — начала было Глинда, но тут же замолчала и вздохнула. — Я на тебя злюсь, Жон. Очень сильно злюсь. Боль и гнев едва ли не заставляют меня переходить на крик.