— Она прислала сообщение о каких-то иллюзиях и о том, что остальное расскажет завтра утром.
Отлично. На Руби, как и всегда, можно было смело положиться.
— Внимательно выслушай ее историю и ни в чем не сомневайся, как бы безумно это ни звучало.
— Я не понимаю. Что происходит?
— Пирра, — прошипел Жон, заставив ее замолчать. — Извини, дело очень серьезное. Ты просила помочь тебе насчет девы и всего прочего... С командой на эту тему уже общалась?
— Да, я-...
— Хорошо. Верь им, верь команде RWBY и, может быть, еще CFY с CRDL... но больше никому, что бы тебе кто ни говорил.
Он на пару секунд задумался, постаравшись подыскать нужные слова, но в итоге решил просто выложить всё как есть:
— Извини, Пирра. Я не смог найти способ разобраться с твоей проблемой.
— Жон?
— Я разговаривал на эту тему с Озпином и Глиндой, но у них тоже нет никаких ответов. Мы не знаем какого-либо нормального варианта, а времени уже практически не осталось. Помнишь, как Озпин упоминал о людях, которые охотятся за силами девы?
Пирра кивнула.
— Так вот, они уже здесь — в Биконе. Они идут за Амбер.
— Ч-что? — попыталась было произнести Пирра, но Жон просто прижал палец к ее губам.
— Предупреди свою команду, всегда держитесь вместе, приглядывайте друг за другом и ни в коем случае никуда не убегайте поодиночке. Я не для того водил вас в Изумрудный лес на тренировку, чтобы вы тут же позабыли о командной работе.
Пирра отвела его палец от своего рта и встретилась с ним взглядом, причем в ее глазах стояли слезы.
— Всё это звучит как прощание, — прошептала она. — Что происходит? Я просто не понимаю. Профессор, пожалуйста...
Жон тяжело вздохнул, услышав в ее голосе страх и панику, но что-либо поделать с этим уже не мог. Времени у него практически не осталось.
— Я собираюсь поговорить с Озпином, — произнес он. — Существуют серьезные проблемы с безопасностью Бикона... И еще я никак не могу избавиться от чувства, что скоро меня отстранят от должности, а потому другого случая сказать вам всё это может и не представиться. Постарайся ничего не забыть.
— Отстранят от должности?! Почему? Насколько?
— На... некоторое время, Пирра.
— Это не ответ!
— Никакого ответа получше у меня нет, — пожал плечами Жон, посмотрев на испуганное лицо Пирры и вспомнив еще кое о чем. — Можешь передать мои слова команде RWBY? Я попросил их держаться вместе, но как следует попрощаться так и не успел.
— Ты же собираешься вернуться, верно? Зачем тогда вообще прощаться?
Жон услышал топот обутых в сапоги ног чуть дальше по коридору. Разумеется, это вполне могли оказаться какие-нибудь студенты, вот только вряд ли им потребовалось бы настолько сильно спешить в его сторону.
Он развернулся и отодвинул Пирру себе за спину.
— Помни о том, что я сказал. Выслушай Руби, прими к сведению ее слова и держись рядом с теми, кому можешь доверять.
Кроцеа Морс с тихим шелестом покинул ножны и отбил сверкнувший в полумраке коридора вражеский клинок. Сила удара оказалась велика, но Жон лишь стиснул зубы и надавил на оружие, приблизив лицо к противнику.
Его глаза моментально округлились.
— Винтер?
Та воспользовалась заминкой, отделив от своей сабли чуть более короткий клинок и попытавшись провести атаку в плечо. Жон перехватил ее руку, но мир вдруг перевернулся, и он с испуганным воплем полетел на пол.
— Профессор! — крикнула Пирра.
Жон поднял ладонь.
— Нет, Пирра! Стой там! Не подходи!
— Делайте так, как он говорит, мисс Никос, — произнес мужской голос.
Раздались тяжелые шаги, а перед лицом Жона оказалась пара черных сапог. Сабля Винтер уперлась ему в затылок, не давая пошевелиться.
— Думаю, вам будет лучше вернуться в свою комнату, — добавил генерал Айронвуд.
— Нет! Скажите мне, что тут происходит, иначе я...
— Иначе вы ничего не сделаете, мисс Никос. Я возглавляю службу безопасности Вейла на время Фестиваля Вайтела, и мистер Арк отныне находится под арестом.
Услышав его слова, Жон опустил плечи и уставился в пол.
Синдер сказала, что сделала свой выбор... Жон решил, что она собралась его убить, но для того, чтобы разобраться с проблемой, существовало множество других способов.
— За что? — уточнила Пирра. — Вы не можете арестовать его безо всякого обвинения.
— И оно у нас есть, — проворчал Айронвуд, опустившись на одно колено перед лицом Жона и заглянув ему прямо в глаза. — Мистер Арк обвиняется в государственной измене.