— Это переходит уже всякие границы, Озпин, — проворчал Джеймс. — Закон недвусмысленно требует арестовать Арка. Я поступил в полном соответствии с ним, чего бы мне самому там ни хотелось. Так откуда же взялась такая толпа защитников?
— Что я могу сказать? Он является довольно популярным учителем.
— Ни один учитель не может быть настолько популярным! — крикнул Джеймс, сжав кулаки и сделав глубокий вдох. — У тебя в Биконе как дети ведут себя не только студенты, но и преподаватели.
— Я бы мог предупредить тебя о том, что именно так всё и будет, — пожал плечами Озпин, — если бы ты заранее проинформировал меня о намерении напасть на моего подчиненного. Мы бы даже смогли всего этого избежать.
— Ты бы просто наложил вето на мое решение, — буркнул Джеймс.
— Да, — кивнул Озпин. — Наложил бы. И это само по себе многое говорит о твоем решении.
— Знаю... Я правильно поступил, когда не стал тебя ни о чем уведомлять.
— Это не совсем то, что я имел в виду, Джеймс, — вздохнул Озпин. — Впрочем, ладно. Что сделано, то сделано, и всем нам придется жить с последствиями наших решений. Турнир отложен и вообще продолжится лишь в том случае, если студенты со зрителями хоть немного успокоятся. Не хочу собирать десятки тысяч рассерженных людей в одном месте, чтобы всё моментально превратилось в кровавую баню.
— Я свяжусь с новостными изданиями, — произнес Джеймс. — Надавлю на них, чтобы они перестали освещать данную историю.
— О да, уверен, что у тебя всё отлично получится.
— Это самый лучший вариант из того дерьмового выбора, который у нас есть! Я не хочу так поступать, но уровень негативных эмоций становится всё выше и выше по мере выхода новых статей! Если так продолжится и дальше, то уже через несколько дней Гриммы полезут на стены!
— Ты можешь просто переместить корабли подальше от города, — предложил Озпин. — Люди и без твоих последних поступков совсем не чувствовали себя в безопасности в тени этих штук.
— Армада останется. Если что-то пойдет не так, то она нам еще понадобится.
— Честно говоря, я бы предпочел, чтобы ты не планировал дальнейшее ухудшение ситуации.
— Это тебе следовало включить голову, прежде чем принимать на работу столь подозрительные фигуры, мой старый друг, — вздохнул Джеймс, устало помассировав переносицу. — Целых два врага, нанятых тобой за неполный год. О чем ты вообще думал? Хотя тут я и сам вполне могу догадаться: о кофе и прочей ерунде.
Озпин так ничего ему и не возразил.
— Ладно, — добавил Джеймс. — Моя позиция по данному вопросу останется неизменной. Чуть позже я лично допрошу Арка, и ни один преподаватель Бикона не станет вмешиваться в это дело. Очевидно, что все вы здесь уже успели попасть под его влия-...
Дверь резко распахнулась, не позволив ему закончить свою фразу. Джеймс закрыл лицо руками.
— Только не снова, — простонал он.
— Джимми, железная ты задница, — немного невнятно произнес знакомый голос.
Кроу Брэнвен влетел в помещение и пошатнулся, едва не свалившись на пол.
— Я тут услышал, что ты арестовал моего приятеля, с которым мы договорились выпить вечерком. Какого хрена?!
Генерал Джеймс Айронвуд испытывал серьезные сомнения в том, что когда-либо ненавидел хоть кого-то так же сильно, как профессора Жона Арка.
* * *
Команда RWBY весь день не покидала свою комнату. Вайсс просто не хотела это делать, да и остальные вряд ли испытывали особое желание куда-либо пойти. В итоге за едой и вовсе отправилась Янг, поскольку громкое урчание их желудков окончательно ее достало.
Вайсс равнодушно посмотрела на открывшуюся дверь, но притащенные тарелки все-таки заставили ее встрепенуться.
— Там творится полное безумие, — сказала Янг. — Солдаты отступили обратно на свои корабли, преподавателей нигде не видно, и на вопросы, которые задают как минимум пара сотен человек, отвечать некому... Порядком в Биконе сейчас даже не пахнет.
— И не удивительно, — вздохнула Вайсс, посмотрев на до сих пор не оправившуюся от шока Руби.
Та неподвижно лежала на своей кровати и, скорее всего, не сомкнула глаз с момента услышанной вчера вечером от едва ли не впавшей в панику Пирры новости. Им хотелось сразу же броситься туда и положить конец несправедливости, но Янг убедила подождать хотя бы до утра. Они согласились, искренне надеясь на то, что произошла какая-то досадная ошибка. Что вскоре во всем разберутся и профессора отпустят.
Их надеждам так и не суждено было оправдаться.
— Журналисты... Ох, всё такие же бесполезные, как и всегда. Никаких фактов — только конспирологические теории о приближающемся конце света.