— Профессор! — воскликнула Руби, появившись прямо перед ним при помощи своего Проявления.
Жон вздрогнул, поскольку ничего подобного явно не ожидал, но Руби сейчас слишком сильно волновалась о Блейк. Настолько сильно, что даже ничуть не нервничала, обращаясь к парню, в которого ни в коем случае не была влюблена.
— Нам нужна ваша помощь!
Жон посмотрел на нее, удивленно моргнул, а затем уставился в небо.
— Зачем ты так со мной поступаешь?! — спросил он у облаков.
Руби оглянулась на Пенни, но та лишь пожала плечами в ответ.
— Прошу прощения за это, — произнес Жон. — Разумеется, я вам помогу. Куда же я денусь?
— Правда? То есть я знала, что вы поможете, профессор! Спасибо! — воскликнула Руби, поспешив его обнять.
Жон лишь вздохнул и пробормотал что-то насчет несправедливости.
— Дело касается Блейк, — пояснила ему Руби.
— Она — фавн и раньше состояла в Белом Клыке, правильно? — уточнил Жон.
Руби шокировано уставилась на него.
Он что, умудрился как-то сам догадаться?! Или это было настолько очевидно? А возможно, Жон просто воспользовался своими дедуктивными суперспособностями Охотника, мгновенно обо всем узнав?
Это было невероятно круто!
— Да! Да, всё так и есть. Мы пытаемся разыскать ее и поговорить с ней! Пожалуйста, помогите нам! — добавила Руби, сложив ладони перед собой и постаравшись выдавить из глаз слезы, которые всегда работали на Янг.
Разумеется, признаваться даже себе самой в том, что поступала так специально, она вовсе не собиралась. Это оказалось бы манипулированием окружающими людьми, а Руби была совсем не такой, верно?
— Хорошо... Я уже сказал, что помогу, — сдался Жон, чем вызвал у нее немалую радость.
"Ха! Каждый раз срабатывает!"
— Руби, я не понимаю. Этот человек является твоим другом? Может быть, парнем?
— Что?! Нет, Пенни! — воскликнула та, тут же покраснев. — Он — мой преподаватель!
К тому же они не сходили ни на одно свидание, не держались за руки и не целовались! И Руби никак не давала Жону понять, что вообще испытывала к нему подобный интерес...
— Так он не твой друг?
— Ох... Жон, это Пенни. Пенни, это Жон, — представила их друг другу Руби, после чего двинулась вперед, надеясь на то, что они сами как-нибудь со всем разберутся. В конце концов, Жон занимал должность школьного психолога, так что вполне мог справиться с не совсем нормальными людьми, верно?
А тот факт, что в голове у Пенни не хватало нескольких шестеренок, был совершенно очевиден.
— Я работаю преподавателем в Биконе, — пояснил Жон, шагая рядом с Пенни. — Но это не значит, что мы не можем быть друзьями.
Руби кивнула и пробормотала что-то в знак согласия, но поворачиваться к ним лицом не спешила, иначе Жон с Пенни увидели бы появившуюся у нее на губах улыбку. Разумеется, они были друзьями, и никакая должность преподавателя не могла свести на нет те усилия, которые ей пришлось приложить.
Руби уже показала ему свое оружие, так что всё было официально.
Кроме того, Жон относился к ней как к своей подруге, а вовсе не как к студентке. И это означало, что Руби оказалась на шаг ближе к тому, чтобы он увидел в ней женщину! Само собой, ей предстояло выпить еще немало молока по возвращению в Бикон, но Руби росла очень быстро!
— Понятно... — кивнула Пенни, но любой бы смог догадаться о том, что это было не так. — Не могли бы вы тогда объяснить мне, мистер профессор Жон сэр, почему Блейк поссорилась со своей командой?
О, да ладно... Разве Руби не суперкруто ей объяснила?! И что это был за длинный и нелепый титул?
— Тут всё довольно просто. Семья Шни и фавны долгое время были врагами. Блейк продемонстрировала, что является фавном, и тем самым вызвала в команде напряжение. Тот факт, что она когда-то работала на Белый Клык, лишь усугубил данную ситуацию.
— Но Вайсс с Блейк ведь дружили, — заметила Пенни. — Как они могут перестать это делать? Блейк ведь нравилась Вайсс, и бантик никак не способен изменить тот факт, что она всё это время являлась фавном.
— Дело в том, что Блейк ничего нам не сказала, — вмешалась в разговор Руби, не осмелившись поднять взгляд на Жона с Пенни. — Вайсс чувствует себя так, будто Блейк ей солгала. Обманула, сначала понравившись, а уже затем открыв то, кем являлась. Наверное, никаких проблем бы не возникло, если бы Вайсс обо всем узнала заранее.
Руби считала, что отреагировать подобным образом Вайсс заставил именно шок от внезапности открытия. Если бы она действительно ненавидела фавнов, как полагала Блейк, то не стала бы злиться на Кардина, издевавшегося над Вельвет. Вайсс бы просто злобно хохотала, глядя на эту картину...