Пламя разрасталось всё сильнее, как вдруг я почувствовал резкий всплеск магической силы вокруг парня. Поняв, что сейчас будет, я отозвал Вельзи и накрыл себя с Морозовой многослойным теневым барьером.
Искры пробились сквозь пламя фамильяра, после чего яркая вспышка света, сопровождаясь взрывом, перекрыла все вокруг.
На несколько секунд я оказался окружён мглой. Она словно была осязаема, как бархат, и тягуча, как смола. Тьма словно обволакивала меня, проникая в лёгкие и впитываясь в кожу. Привычный страх нарастал в сердце, и чьи-то бессвязные голоса что-то шептали мне на ухо.
Ворон перестарался. Я-то как раз к побочным эффектам магии тьмы давно привык, а вот мои студенты вряд ли с этим сталкивались. Впрочем, это, в первую очередь, опыт.
Когда мгла рассеялась, первым я увидел бледного фамильяра. Ворон тяжело дышал, и выглядел так, будто вот-вот отправится на тот свет. Затем взгляд упал на Алеева — тот без сознания лежал на земле, но его жизни ничего не угрожало.
После этого я перевёл взгляд в сторону Морозовой и увидел, как та едва заметно дрожит. Что ж, ожидаемая реакция. Если даже на меня тьма так давила, то на нее и подавно. Хотя вполне возможно, это не из-за тьмы, а из-за взрыва. Она вполне могла подумать, что ритуал провалился, вот и перенервничала.
— Как вы, Лидия Евгеньевна? — обратился я к девушке, и когда та не отреагировала, щёлкнул пальцами.
Однако даже так, реакции не последовало. Приглядевшись, я увидел, как девушку окутывала почти незаметная темная дымка. Вот оно что, как интересно.
Недолго думая, я создал под ней магический круг, рассеивая остаточную тьму. Я почувствовал, как и без того малый запас маны ещё сильнее истощился.
И тем не менее оставлять девушку в таком состоянии я не собирался.
— Алексей Дмитриевич? — спустя секунду сказала она, медленно моргая и глядя на меня. — Кажется, я будто была под наваждением…
— Так и есть. Похоже, несмотря на мой барьер, из-за взрыва вас накрыло магией Ворона, — объяснил я, подмечая, что девушка с трудом стоит на ногах. — Садитесь, легче будет.
— Со мной всё в порядке. Как там Максим Леонидович? — Морозова всеми силами пыталась показать, что она прекрасно себя чувствует. Гордая девушка.
— Всё с ним в порядке. Очнётся минут через десять, а пока пусть лежит, — ответил вместо меня Ворон, поправляя свою одежду и двигаясь в нашу сторону. — Проклятие с двойным дном оказалось. Тот, кто его ставил, явно предостерёгся, чтобы вмешательство не обошлось без последствий.
— То есть взрыв — это не случайность? — задумчиво спросил я, вспоминая, какие сильные маги, жившие несколько сотен лет назад, могли бы наложить проклятие.
— Да. И вообще, взрыв — это искусство, чтобы ты знал, — важно произнёс Ворон. — Пришлось идти на крайние меры, чтобы парня не разорвало на куски. Когда очнётся, проверишь магическим зрением его ядро и поймёшь, о чём я, — Ворон многозначительно посмотрел на меня, явно на что-то намекая, после чего принял свою прежнюю форму и посмотрел на девушку. — Княжна, вы ведь тоже это почувствовали?
— Мне не показалось? — ответила вопросом на вопрос Морозова.
— Вы о чём? — недоумённо поинтересовался я.
— Когда прогремел взрыв, я почувствовала чьё-то присутствие. Словно кто-то невидимый наблюдал за мной, — ответила студентка, продолжая смотреть на моего фамильяра. — А после этого связь с осколком сущности тьмы внутри меня потерялась. Я до сих пор не могу с ним связаться. Он будто намеренно игнорирует меня.
— Последнее — побочный эффект. Ваша связь пока что не так крепка, как моя с Алексеем, и любая нестабильность будет мешать коммуникации, — выдержав небольшую паузу, мой фамильяр щёлкнул клювом и добавил: — А вот всполохи в пространстве я почувствовал. Словно кто-то пытался вмешаться в ритуал. Я изначально подумал, что это старикашка, который приехал с парнем, но нет. Он до сих пор сидит в машине, я это чувствую. У меня, скорее, вопрос, почему ты ничего такого не заметил, — обратился фамильяр ко мне. — У тебя же чувствительность ничем не уступает моей.
— И впрямь загадка, — согласился я, задумчиво потерев подбородок. — Непохоже, чтобы кто-то пытался помешать ритуалу. Либо кто-то намеренно нацелился на Лидию Евгеньевну и Максима Леонидовича, либо это случайность. Одно из двух.
— Кстати, Алексей Дмитриевич, вы не говорили, что ваш род специализируется на ледяной магии, — студентка ловко сменила тему разговора. — Мне казалось, что ваша предрасположенность это теневая магия.
Что ж, похоже, она предположила, что это очередное покушение, и не хотела ещё сильнее впутывать меня в свои проблемы.