– -Упаси бог!-услышал Сева голос Викентия Сергеевича и злобно подумал:
"А сам-то нас пугал!"
Пора было покидать тараканье гнездо. По большому счету Сева мало что понял. Он хотел было тихо уйти, но тут Викентий Сергеевич сказал слова, от которых у Чикильдеева вмиг размагнитились все мышцы на ногах:
– -Ну а с этими двумя – как?
– -Обыкновенные придурки, искатели сокровищ. Вроде прошлогоднего, который румынский золотой запас вынюхивал.
– -Вот и действуй по тому же сценарию.
Сева замер и прижался к бетону, как к родному существу.
– -Что они делают-то?
– -Приходится чем-то занимать,-отозвался Викентий Сергеевич.-Водил их сегодня в спецгараж.
– -Нашел тоже заботу, порох на них тратить!
– -Надо уважать чужой интеллект,-мягко возразил Викентий Сергеевич.-Мой дядя-покойник, даже когда раскладывал отравленное печенье для крыс, делал вид, что оно случайно упало и закатилось под шкаф.
– -Это верно! Я тебе тоже историю расскажу. Главный ленинградский чекист Заковский однажды увидел в окне, как его подчиненный бьет стулом какого-то придурка. Так он тут же набрал номер и врезал ему: "Когда работаешь, олух, зашторивай окна!"
Сева слушал этот разговор, но уже не понимал смысла. Зачем?.. Почему?.. Зачем ему знать о каком-то Козорезове, о папуасах, о козле из гадюшника, пусть даже и президентского?.. Он ведь просто хотел помочь придурковатому профессору найти либерею!.. Эх, жизнь наша! Непредзказуема ты, как футбол! Мы-то думаем, что ты зависишь от незримых всесильных законов общественного развития, от мистической воли небес, а оказывается – вся ты в руках какого-то Викентия Сергеевича, любящего временами щеголять в малиновых галифе!..
С поющими цикадами и кружащими осенними листьями в голове Сева сам не помнил, как добрался обратно до их с профессором резиденции и немного пришел в себя лишь когда увидел перед собой знакомое лицо в очках с графинными стеклами.
27.
Возбужденный Чикильдеев тут же вкратце рассказал Потапову о том, что произошло между его выходом по малой нужде и возвращением обратно. Во время рассказа профессор несколько раз вскакивал, хватался за голову и бегал между нарами, банально бормоча: "Ужасно! Чудовищно!"
– -Я между прочим с самого начала вас предупреждал, что поиски вашей либереи – дело стремное!-не удержавшись, заметил Сева.
– -Я тоже знал, но просто не догадывался,-сказал профессор.-Какие нравы, а? Бр-р! Византия! Только одна мысль греет, что в Византии всё же не было выборов!
Севу сильно подмывало рассказать ему про борьбу за народное волеизъявление и про чипы в мозгах, но он воздержался.
– -Что же делать? Что делать?-между тем вопрошал профессор.
– -Хватит цитировать Чернышевского, он мне надоел еще в школе. Рвать когти надо.
– -То есть, бежать?-перевел для себя профессор.-Но как?
– -Сначала по трубе, через которую я вылез…
– -Если б еще знать, куда именно вы вылезли! С точки зрения формальной логики, думая, что делаешь лучше, всегда нужно быть готовым к тому, что получится еще хуже.
– -Фу!-сморщился Сева.-Ну и сидите тут со своей логикой, ждите, пока вам крылья завернут назад… как жареной курице. А я хочу обратно в мир пепси и макдональдса. И еще я хочу хотя бы раз увидеть одну девушку с фигурой как у манекена. Пока я лез обратно, кое-что обдумал. Главное – добраться до того гаража, куда нас сегодня водили, а оттуда – сорвем на ЗИЛе, в котором я сидел.
– -Как? Вы хотите уехать на этой старой колымаге? Да есть ли в ней хотя бы бензин?
– -Это мы проверим,-сказал Сева.
– -Знаете, есть такой тип людей: сначала захлопывают дверь, а потом начинают шарить по карманам: взяли ли они ключи? Я считал вас более ответственным человеком. Как вы заведете авто?
– -Вы правильно заметили насчет ключей. Там все ключи от машин наверняка хранятся в одном месте, и я заметил, куда этот… Викентий Сергеевич за ними ходил.
– -Хм…-несколько убавил свой скепсис профессор.-И куда мы поедем?
– -Не знаю… Ездили же на этих машинах куда-то… С точки зрения формальной логики, разве не так?
Профессор был вынужден проглотить этот репей. Но тут же нашелся:
– -А ворота там видели какие? Динамитом их рвать будете?
– -Ворота мощные,-согласился Сева.-Но на что они заперты, заметили? А я посмотрел: ушки приварены тяп-ляп и висячий замок, как на деревенском амбаре. В детстве я такие гвоздем на даче открывал. В России всегда так: ворота крепкие, замки гнилые.
– -А гвоздь?-не сдавался профессор.
– -Бросьте! В нашей стране – и чтобы мусора не было? Давайте поищем.
Они заглянули под нары, потом стали двигать угловатые тяжелые тумбочки. Наконец Сева констатировал: "Есть!" и вытащил из-под одной сломанную оправу от очков. Он рассмотрел ее поближе и одобрил:
– -Сойдет!
Вместо того, чтобы обрадоваться вместе с ним, Потапов нервно поправил свои окуляры.
– -Знаете, о чем я думаю: где, интересно, хозяин этой оправы?
– -А я вот думаю: хорошо, что это не ваша,-сказал Сева.-Ваша бы не подошла, потому что пластмассовая.
Профессор сразу же сказал с интеллигентским пылом:
– -Вы людоед!
– -Бросьте!-миролюбиво отозвался Сева.-Это же юмор.
Потапов начал было обижаться, но Сева не дал ему:
– -Что мы копаемся? Время не ждет! Не надо играть с судьбой в поддавки!
– -Да-да!-согласился профессор.-Вам не показалось, что за дверью был какой-то посторонний шум?
Хотя Сева понимал, что шум скорее был от страха у профессора в ушах, его самого тоже прохватила нервная дрожь, и без дальнейших ненужных разговоров они оба бросились наружу.
28.
Не стану описывать, каких трудов стоило протащить профессора через канализационный колодец. К эпохе тактики быстрого реагирования и предприятий быстрого питания Потапов был не слишком приспособлен. Тем не менее, когда оба беглеца вывалились там, где уже до этого побывал Сева, профессор счел возможным шепотом пошутить:
– -Вот я и прошел медные трубы!
На самом деле настоящими, теми самыми, медными трубами были, скорее, коридоры, по которым им предстояло незаметно просочиться.
Когда они завернули за угол, Сева заметил, что дверь, в которую его заманил голос Викентия Сергеевича, на сей раз плотно закрыта, и содрогнулся, понимая, что мог бы означать для него этот факт, задержись он в тамбуре чуть подольше. Зато в следующем коридоре, где Сева еще не бывал, приоткрытыми оказались сразу несколько дверей, за которыми таинственно мерцали экраны и раздавались звуки из космических блокбастеров. Иногда в глубине глаз успевал ухватить застывшие в раздумьях головы с профилями архимедов.
– -Мистикус фантастикус!-шептал Потапов.-Скажи-ка, у них тут не только лимузины царя Гороха!..
Спустившись по отвратительно бетонной лестнице, они вышли в знакомый полутемный туннель и, рождая эхо шуршанием подошв и взволнованным дыханием, бросились к воротам гаража. Сева взвесил в руке висячий замок, достал отмычку и засунул кривой конец в замочную ноздрю. Механизм беспомощно хрюкнул и раскрылся.
Чикильдеев и Потапов призраками скользнули внутрь.
– -Ключи в том углу!-прошептал Сева.
Ощупывая руками прохладные тела автомашин, он пробрался в дальний темный угол и скоро вынырнул оттуда с пригрошней, полной ключей. Рассмотрев их в скромном свете, проникающем из распахнутых ворот, Чикильдеев восхищенно пробормотал:
– -Высокая штабная культура! Всё на бирочках, и на каждой написано, от какой машины.
Не без волнения он открыл массивную дверцу ЗИСа. Профессор забежал с другой стороны и тоже стал дергать за ручку.
– -Сядьте сзади,-сказал ему Сева,-а то будете мешать водителю.
– -Чем же это?
– -Интеллектом конечно же, чем же еще.
– -Как хотите,-сказал профессор, проворно забираясь в широкий салон с мягкими полокотниками и тут же защелкал пепельницей.
– -Эх, жаль не курю!
– -Лучше отдерните занавески,-сварливо сказал Сева.-Никакого обзора сзади!
Сам он похолодевшими от волнения руками уже сжимал надменный руль и, нажав на кнопку стартера, плавно притопил педаль газа. Мотор заурчал негромко и ровно.