- Дядя, ты не прав! Кажется, девочки не очень хотят с тобой уезжать! — услышали мы за своими спинами наглый голос того самого парня.
- Живо в машину и двери заблокируйте. Обе! — прорычал наш спаситель и всем корпусом повернулся к приближающейся троице. По-видимому, парень решил, что один с профессором не справится и взял с собой двух друзей на помощь. — Это тебе только кажется, — уверенно глядя в глаза противнику, ответил Иван Александрович, убедившись, что мы с Машей послушно залезли в машину и опустили рычаги блокировки дверей.
- Маш, а что сейчас будет? Может в полицию позвонить? — неуверенно спросила я. Всё же он один, а их трое. Да и не справедливо это, если профессор пострадает, защищая нас.
- Зачем? Ванечка их сильно не будет бить, так просто, проучит и отпустит, — спокойно ответила подруга, но по взволнованному взгляду, которым она впилась в затылок своего друга, понимаю, что она не меньше меня за него переживает.
- Дядя, я сказал, девчонок нам отдал! — нагло оскалился парень из клуба и вытащил нож. Мы с Машей вскрикнули, а я испуганно осмотрелась по сторонам, вдруг в машине есть бита или ещё что-то, что можно использовать как оружие и помочь нашему спасителю. В этот момент прошло что-то странное, мелькнули руки и ноги, а в следующую секунду я увидела три распростёртых на асфальте тела и Ивана Александровича, поднимающего тот самый нож.
- Мальчик, а тебя мама не научила, что брать в руки острые предметы опасно? — с дерзкой улыбкой уточнил он, повернулся спиной к противникам и спокойно сел за руль своей машины. Никто и не подумал ему помешать, хотя все трое были в сознании и с ненавистью смотрели вслед моему грозному профессору.
- Вань, спасибо большое, я даже и подумать не могла, что, — начала было оправдываться Маша.
- Подумать не могла! Это твоё жизненное кредо! А сейчас, пожалуйста, помолчи, пока я не наговорил чего-то такого, о чём все собравшиеся позже пожалеют. Дяде Ване надо успокоиться. Везти вас куда?
- Я у папы до утра отпросилась, у Светы в комнате есть свободная кровать, соседка съехала, а новую пока не подселили, вот там я и планировала переночевать.
- Понял. Теперь ротики закрываем и молча наслаждаемся поездкой.
На часах уже за полночь и вряд ли кто-то впустит нас с Машей в общежитие, но, почему-то я так и не решилась озвучить свои мысли. Пусть лучше Иван Александрович отвезёт нас по указанному адресу, а после того, как уедет, мы с Машей вызовем такси и отправимся на ночёвку в ближайшую гостиницу.
Наверное, в следствие пережитого стресса, а возможно и пригревшись в тёплом салоне приятно пахнущей машины, которая плавно везла нас домой, сама не заметила, как потяжелевшие веки прикрылись, и я медленно уплыла в царство Морфея.
- Придурочная! Ну что ты тут? Опять мечтаешь? — зло выкрикнула Юлька Селивёрстова, обступая меня вместе со своими подружками.
- А если и мечтаю, тебе что с того? — давно поняла, с ними нельзя показывать страха, иначе совсем загнобят.
- А то, что мечтают только блаженные придурки! Нормальные люди знают, что нам ничего хорошего в этой жизни уже не светит! О как сказала, Светке не светит! — рассмеялась она своей собственной, совершенно не смешной шутке.
- Тебе может и не светит, а вот я ещё поборюсь за своё место под солнцем! — огрызнулась скорее для проформы. Их пятеро, я одна. Унижаться и просить пощады не намерена. Они настроены агрессивно. Лучше сразу вывести Юльку из терпения, чтоб быстрее началась драка. Раньше начнём, раньше закончим, как говориться. А в тишине больничной палаты и учиться проще, и мечтать. Там уж точно никто не мешает. В том, что после сегодняшнего избиения я снова попаду в медпункт, сомнений нет. Драться за все эти года я так и не научилась.
Девчонки, словно только и ждали команды, набросились на меня с разных сторон.
- Это кому тут не светит?
- Нихрена ты не добьёшься!
- Да такую уродину даже на панель не возьмут!
- В подворотне сгниёшь!
Каждый свой выкрик они сопровождали всё новыми и новыми ударами, и если в самом начале я ещё попыталась уворачиваться, то после того, как ударом в колено меня сбили с ног, уже просто прикрыла голову руками и прижала её к животу.
Детский дом часто посещают полицейские и рассказывают, что может случиться в случае нанесения тяжких телесных повреждений, поэтому при избиении они стараются не затрагивать жизненно важные органы, в основном достаётся рукам и ногам. И не потому, что бояться за меня, просто не хотят в тюрьму.
В какой-то момент отключаюсь от боли, а в сознание прихожу уже в медпункте. Произношу очередную ложь о том, что упала с лестницы, медсестра записывает мои слова, хотя совершенно в них не верит, но ей плевать, как и всем остальным. В самом начале я ещё пыталась рассказывать правду, но всё напрасно, когда я возвращалась в свою комнату, мне доставалось ещё больше. За стукачество. Да и обидчиков особо никто не наказывал. Поэтому нет никакого смысла во всём этом.