3.
Въезжая на парковку бизнес-центра, Алекс попытался сделать морду кирпичом и не смотреть в сторону охранников. Но охранники, увидев его разбитую машину, начали ржать в голос и показывать на него пальцами. Алекс не видел этого через тонированные стекла их будки, но он твердо знал, что так оно и было. Чтобы не привлекать внимания, он поставил машину в дальнем углу парковки разбитым передом к стене и торопливо пошел в сторону входа в здание. Уже у самых крутящихся дверей его окликнули: – Эй, ты! Алекс обернулся – это был его приятель, Макс. Он быстро догнал Алекса и похлопал по плечу вместо приветствия: – Что это ты из «Танчиков» выпилился? – Когда? – удивился Алекс. – Сегодня ночью! Я как раз вел баталию с фрицами, смотрю, тебя нет. Совсем. У тебя же такой рейтинг был! – Чудеса, – растерянно произнес Алекс. Он уже начал понимать, что происходило: кто-то неизвестный взломал его почту и теперь постепенно захватывает всё новые и новые его профили, которые были на этот ящик завязаны. «Но почему я до сих пор имею доступ в соцсеть, пусть и под своими реальными именем и фамилией?» – думал он, идя с Максом по коридору и машинально здороваясь с другими сотрудниками. «Ведь если кто-то решил завладеть моим профилем, он бы сразу же вывел меня из игры, – продолжал рассуждать он, поднимаясь в лифте, – зачем я ему? Или, может, он хочет что-то мне сообщить таким образом? Но что? И зачем?» Так и не найдя ответа ни на один вопрос, Алекс дошел до своего рабочего места и сел за компьютер.
4.
Работа не ладилась – мысли о похищенном профиле вертелись у Алекса в голове, мешая сосредоточиться на чем-то другом. «Что если, – думал он, – этот кто-то будет требовать деньги? Или вдруг у него есть компромат на меня?» Мозг лихорадочно придумывал всё новые и новые вопросы. Ответов не прибавлялось. Доступ в соцсеть всё ещё был, но это была не его соцсеть! Новости во френдленте состояли из постов каких-то малознакомых людей, которые почему-то были теперь его друзьями. Реклама, вместо привычных уже глазу предложений квартир эконом-класса «всего в получасе (на машине, очевидно) от конечной станции метро (открытие в 20хх году, ее еще не начинали строить)», пестрела адресами сервисов кузовного ремонта и объявлениями о продаже фар, решеток радиатора и б/у бамперов. Кроме этого появились объявления о курсах личностного роста, реклама фитнес-клубов и йоги. В мессенджере то и дело какие-то знакомые гневно вопрошали: «Какого хрена ты меня удалил?» Некоторые затем пытались добавиться обратно в друзья, но кнопка «Добавить» оставалась при этом неактивной. Алекс флегматично смотрел на всю эту вакханалию – похоже, его профиль окончательно отбился от рук, и с этим надо было что-то делать. Он вдруг вспомнил, что здоровяк просил ему набрать после обеда. Посмотрел на часы – звонить было еще рано. В поисках визитки покопался по карманам куртки, пока, наконец, не вспомнил, что машинально сунул её в бардачок между сидениями, когда сел в машину. Изображать усердный труд, дожидаясь обеденного перерыва, было крайне сложно. Голова не работала. Мысли о потерянном профиле продолжали будоражить мозг. Да еще эта ссора с девушкой. И то, как она орала на него по телефону сегодня. Раньше он не замечал за ней такого – девушка никогда не повышала голос, и уж тем более, не ругалась в его присутствии матом. Оказывается, она ревнует его к его бывшей. Нет, ревнует – это хорошо! С одной стороны. А с другой – эти крики и грязные ругательства в телефоне напугали его. Может, неспроста они вчера поссорились? И как раз стоило повременить с предложением руки и сердца и повнимательнее присмотреться к ней? Все-таки, полгода – не такой большой срок для того, чтобы человек смог проявить себя со всех сторон. Размышления прервал звонок смартфона. «Любимая» было написано в профиле звонившего. «Только этого еще не хватало», – подумал Алекс и нажал на отбой вызова. – Умерла, так умерла! – грозно сказал он, чем сильно озадачил сидевшего за соседним столом коллегу. Бывшая, однако, перезвонила, Алекс понял, что она не отстанет, неохотно нажал на «Ответить» и натужно сказал: – Алле. Он прекрасно понимал, что ничего хорошего разговор с женщиной, которая год назад выгнала его из его собственной квартиры, не сулил. Тем более, когда она теперь опять у него в профиле в статусе «В браке с». – Мой лягушонок соскучился по мне? – вместо привета спросила бывшая. – Нет, – обреченно ответил Алекс. Ему никогда не нравилось, когда его называли лягушонком, и бывшая это прекрасно знала. – А что же ты вдруг решил портить мне новую жизнь своим статусом? – пропела она своим противно-сладким голоском. – Я тут ни при чем! – Конечно-конечно! А кто же тогда при чем? – Откуда я знаю, мой профиль теперь живет своей жизнью. – Да… – разочарованно протянула бывшая, – врать ты так и не научился. Как не был никогда мужиком, так и не стал им. Всё понятно. – Мне всё равно, что тебе там про меня понятно. Это был не я. Между нами всё кончено, что могла – ты у меня отсудила. – Ну, я слышала, ты себе какую-то машину купил… Наверное, утаил часть доходов… – Тебя это не касается! Сегодня-завтра я разберусь, в чем дело и изменю свой статус обратно! – Ты больше меня не любишь, грязный лягушонок! – Извини, но любовь к тебе дорого мне обошлась – с этими словами «грязный лягушонок» нашел в себе силы нажать на отбой вызова и на всякий случай выключил смартфон.