— Значит, она не выдержала давления со стороны полиции и решила поставить точку?
— Мы с ней просто беседовали, не путайте, она не была арестованной. — Разозлился Новак. — Хотя я и предполагал, что она, возможно, иметь какое-то отношение к исчезновению сына. Возможно, знала тех, кто был в этом замешан. Могу сказать только одно — вела она себя слишком странно, хотя против неё не было никаких улик.
— Так как же она оказалась в полицейском туалете с перерезанными венами?
— Я вызвал её в тот день в полицейский участок. Её привёз брат, проводил до моего кабинета и ушёл, сказав, что нужно срочно вернуться на работу. Хотя было ещё утро, Клара Берсон была уже пьяна. Мне выбирать не приходилось, появились новые сведения касательно вашей матери и я хотел задать ей несколько вопрос. Но она снова молчала! Я потратил целый час на бесполезные расспросы, но не услышал в ответ ни слова.
— Что за сведения? — спросила Лана.
— Пришёл ответ на запрос, который был разослан по стране. Клару Берсон за пару лет до этого видели в компании человека, который ранее был, судим за убийство. Эта парочка заказала еду в придорожном кафе, посреди ночи, а после словно испарилась. Ваша мать категорически отказывалась отвечать на вопрос о том, что связывало её с тем человеком.
В груди Ланы что-то сжалось. Кто тот мужчина, что был с её матерью? Её отец? Вот будет весело, если окажется, что её папаша убийца, отбывавший ранее тюремный срок за совершённое им преступление. А она порождение психопатки и преступника и все те жестокие прозвища, которыми её называли в детстве именно про неё.
— Она ни слова не сказала, — продолжал Новак. — Возможно, выгораживала, а может просто боялась... со стукачами разговор короткий. Я смирился с тем, что ничего не добьюсь и отпустил её. А спустя какое-то время услышал сирену машины скорой. Выйдя из кабинета, увидел толпу возле женского туалета. Вашей матери уже оказывали помощь. Кровь была повсюду. Лужи крови и среди всего этого хаоса — Клара Берсон без сознания.
— О чём вы её ещё спрашивали? Что могло её так расстроить? Вы же понимаете, что это ваши вопросы подтолкнули её к самоубийству.
— Думаете, я не думал об этом? — теряя терпение, спросил он. — Но ничего такого не было. Общие вопросы о сыне и её жизни до появления в городе. Эти вопросы уже задавались на прошлых беседах и неоднократно. На них я так и не получил ответов, ни до, ни после. Во время последней встречи всё проходило по знакомому сценарию — я спрашивал, она молчала. Так повторялось раз за разом, день за днём.
— Но что-то явно изменилось? Что-то её подтолкнуло?
— Возможно, но не в кабинете и не из-за моих расспросов. Но знаете, что странно? Она так торопилась уйти в тот последний раз, но что-то её остановило, что-то заставило пойти и сделать такое! И ни где-нибудь, а прямо в полицейском участке.
— Может она торопилась поскорей расстаться с жизнью? — задумчиво предположила Лана.
— Возможно, если бы не одно «но». Дежурный на входе уверял, что собственными глазами видел, как за Кларой Берсон закрылась дверь участка. А я склонен верить моим коллегам.
— Так зачем ей было возвращаться? — она была в недоумении, представив, как её невменяемая мать сначала покидает полицейский участок, а затем возвращается. И зачем, чтобы вскрыть вены в вонючем туалете?
— Понятия не имею. Возможно, хотела что-то рассказать, да так и не решилась, а вместо этого попыталась свести счёты с жизнью, — пожал он плечами и, протянув руку к трости, тяжело поднялся, и как, и в первую их встречу, принялся вышагивать по комнате. На его лице застыло выражение муки.
— Что случилось с вашей ногой?
— Неудачно упал. Перелом в нескольких местах. Глупо получилось. И теперь моим постоянным спутником является ноющая боль и эта чёртова деревяшка, — недовольно проговорил он, одной рукой сжимая металлический наконечник трости, другой, потирая бедро. — Продолжим?
Лана поняла, что тема увечья закрыта.
— Когда вы разговаривали с моей матерью, вы обратили внимание на татуировки на её руках?
— Да, — кивнул старик-следователь, продолжая вышагивать по комнате. — Непонятные символы. Я бы даже сказал, что они больше напоминали узоры: переплетённые линии, словно ожерелье на кистях рук. Что-то подобное индианки наносят... хной кажется.
Она знала, о чём он. Такие рисунки назывались менди. Только вот в отличие от тех, татуировки на руках матери Ланы не исчезли со временем.