— Кто вы такой? Как вы сюда попали? — голос хозяина сорвался.
— Садись, — игнорируя вопрос, приказал гость.
Он подчинился, сел. Диван был такой знакомый и родной, захотелось прилечь...
— Кто вы такой и что вам нужно? — снова задал он тот же вопрос.
— Не спросишь, как я его нашёл? — снова проигнорировал его гость.
— Верно, где-то разболтал по пьяни...
Навалилась усталость, в тепле его снова развезло, а язык перестал слушаться. Начинало казаться, что он бредит, что всё это не правда и этого человека, напротив, с его ружьём в руках, просто нет. Это фантазии.
— Где моя собака?
— Снаружи.
Мир качнулся, и его снова вывернуло прямо на облезлый ковёр.
— Ты жалок, — брезгливо отозвался мужчина.
— Мне нужно выпить, — прохрипел хозяин.
— Нет.
— Что вам нужно от меня?
— Совсем свой мозг пропил?
— Я вас не понимаю, — он с трудом мог говорить, во рту всё пересохло, а язык, казалось, увеличился втрое.
— А ты сильно изменился, с тех пор, как мы виделись в прошлый раз.
— Я не понимаю... Мы раньше встречались? — он мог поклясться, что сидящего напротив, видит впервые.
— Давно...
— Это, наверное, ошибка? — с надеждой в голосе спросил пьяница.
— Нет никакой ошибки. Подумай, ну? — бросил тот зло, и старик дёрнулся, словно от удара.
Он никак не мог понять, чего хочет от него этот человек? Он слышал, как тот поднялся с кресла и удалился. Ему бы встать, бежать, но сил не было. Он даже шаг не сможет сделать, ноги, словно налились свинцом. Вскоре послышались приближающиеся шаги и на стол с грохотом что-то опустилось. Он медленно поднял голову.
То, что нужно!
Трясущимися руками схватил бутылку и, срывая пробку, прямо из горла сделал два жадных глотка. Организм предпринял попытку отвергнуть отраву, но он не позволил ему это сделать, подавив рвотный позыв, и делая новый глоток. Постепенно алкоголь проник в кровь, в голове прояснялось, боль немного стихла, а руки стали твёрже. И вот он уже более уверенно взглянул на сидящего напротив гостя. Что-то в нём действительно было знакомо. Может глаза?
— Полегчало?
— Да. — Просипел он и, откашлявшись, сказал уже более твёрдо. — Спасибо.
— Продолжим. Теперь, может, поднапряжёшься и вспомнишь?
— Я не могу.
— Может то, что я был знаком с твоим сыном, тебе поможет?
Мужчина нахмурился. При чём здесь его сын? Как он может вообще упоминать о его сыне? Напоминать ему...
— Мой сын мёртв уже больше года. Шестнадцать месяцев, если быть точным. Что вы от меня хотите? Берите, что нужно и убирайтесь.
— Что мне нужно от тебя? — тот смотрел на пьяницу в упор. — Мне нужна твоя жизнь! Или лучше будет сказать — твоя смерть.
Сами слова были не столь пугающими, но вот то, как произнёс их гость, просто окатило его волной ужаса.
— Кто вы? — прошептал старик.
Он всматривался в лицо, человека и пытался вспомнить. Глаза! Да, он где-то точно их видел. Холодные, пустые они казалось, прожигали насквозь, оставляя невидимый след на коже. Что могло связывать этого мужчину с его единственным сыном? Мысли, как ручей текли по руслу его памяти, словно брызги, швыряя в лицо куски воспоминаний, пока он не добрался до самого страшного.
— Ты? — было единственным, что он смог выдавить. Ужас тут же сковал его, напирая со всех сторон, продолжая давить и давить...
— Неужели твой пропитый мозг наконец-то заработал?
— Но как? Ты же...
— Что?
— Ты должен быть мёртв.
— Нет, я жив, как видишь.
— Он сказал...
— Он тебе солгал, — перебил его собеседник.
— И что же ты от меня хочешь?
— Справедливости... возмездия... расплаты. Ты мне должен.
— Я не мог ничего сделать. — Он почти скулил. Снова захотелось выпить, бутылка стояла в каких-то сантиметрах от него, манила его, звала, но он боялся пошевелиться. Боялся этого человека. Страх проник под самую кожу и там постепенно лишал его воли.
— Мне вот что интересно? Как ты живёшь со всем этим дерьмом? Ты мог помочь, но выбрал другой путь.
— Но ты ведь не просил о помощи?
— Я не о себе... Твой сын! Или твоя вера важнее? — холодные глаза собеседника зажглись интересом.