— Почему мы считаем, что личность хранится в мозге? Выбрали одну из концепций… Но ведь в прошлом, во времена более человеческие, были в ходу и другие. С кем будем работать? С неполноценной копией человека? Но не с личностью! Тогда с чем?
Гариб понял: Акрам выводит Их на необходимость «воскрешения», возвращения «подопытного» к полноценному бытию. Но без чипа не обойтись, Альтеру виднее. Они не знают, что Альтер не копия. И что Гариб уже не тот. Сегодняшний Гариб способен действовать и в виртуальном мире. Этого не понимают как следует даже Акрам с Гинвой. Да и сам он пока не сознаёт новых возможностей.
Альтер, усложняя вопросы Акрама, в роли ИскИна предложил очередную загадку. Айтишники загрузили в файл описание коттеджа. Трёхмерное, в динамике, посчитав итог трудов качественным. Но из-за спешки упустили некоторые детали. Альтер изобразил картинку и в виде Гариба подошёл к двери туалета. Открыл и замер в растерянности. За дверью ничего, даже стен не наблюдается.
— Кто мог предположить, что он откроет именно эту дверь? Ведь у копии нет человеческих потребностей. Нет нашей биологии! Куда его тянет и почему? — отреагировал Ливей.
— Ну вот, я же говорил, что фон тоже первостепенен, — сказал Акрам.
— Наверное, так, — согласился «близнец», — Многое из того, что нас окружает по жизни, абсолютно не нужно. Добрая половина жителей городов никогда не бывали за пределами своих жилищ! Для них городов-то не существует. Вся Фонза — в пределах квартиры. Они и не представляют, что и как происходит за дверью квартиры. Но объяви им, что города нет — и психическое равновесие пошатнётся.
Гариб вспомнил… Однажды явился Митул. Не один, с Лорой. Постояли рядом, разглядывая обездвиженного Гариба. Ни слова, ни эмоции сочувствия. Зачем приходили? Альтер, — впервые за время единства, — никак не отреагировал на визит. Он тогда ещё не усвоил репертуар человеческих театров. И не понимал таких вещей, как предательство или измена. Но позицию Акрама или Гинвы разделял. Впрочем, и Гариб не интересовался очень многим из путешествий и дел Альтера. Даже не вжился как следует в новую систему собственной безопасности. А возможности Альтера — а, следовательно, и Гариба, — быстро растут…
Операция с вживлением нано-биочипа прошла за минуту. Физически Гариб её и не почувствовал. Но мгновенно отметил: ощущение гиперпространства изменилось. Оценка прошла вне обычного, реального времени. Диалог с Альтером обрёл четырёхмерность.
Команда врачей и наблюдателей покинула реаниматорскую. Ночное дежурство взяла на себя Гинва. И, осмотрев данные мед-терминала, тихо сказала, смотря ему в глаза:
— Да, вот и повод для выхода… Они посчитают, что вживление чипа подняло тебя из комы. Утром я подниму тревогу. Начну, естественно, с Акрама…
— Согласен, — помолчав, прошептал Гариб, не отрывая взгляда от заалевшего лица.
Пауза понадобилась не для обдумывания предложения. Он впервые по-настоящему рассмотрел её глаза. Оказывается, зелень радужки меняет густоту цвета в зависимости от эмоций! Волшебные, колдовские глаза! Смотришь в них — и весь мир исчезает, делается ненужным. Поднял руку и коснулся пепельной пряди, закрывшей левый глаз… Такого чувства в себе Гариб не помнил.
Акрам явился в реаниматорскую до утренней зари, которую можно угадать по чуть видимому блеклому свечению на востоке. Облака за последнюю ночь комы, показалось Гарибу, сгустились более обычного.
— Сегодня? — спросил он Гинву.
Она в ответ кивнула. Отметив особое свечение её глаз, задал второй вопрос:
— Никто для страховки не понадобится?
— Нет, — и так улыбнулась, что он понял: она знает достаточно.
Удивили руководителя Брэйн-Группы глаза Гариба, столь же сияющие, как у Гинвы. И когда тот поднялся, слегка опираясь рукой на плечо Гинвы, Акрам отошёл на несколько шагов и замер. Обнажённое мужское совершенство! А рядом — женщина-очарование! Люди не из мира Фонзы! Из мира, ушедшего навсегда. Или мира будущего? Одно определённо: другую такую пару на всей Земле не отыскать. Не только на Фонзе.
Восточная стена интеллектуального строения волей Альтера обрела прозрачность. И — чудо? — сквозь серо-чёрную завесу прорвался тонкий луч и мгновенно достиг медблока. Лёгкий невесомый халатик словно растворился в розовом сиянии, окутавшем женскую фигуру. Картинка отразилась в глазах Акрама, и она рефлекторным движением рук прикрыла твёрдые полушария грудей. Акрам вздохнул: этой женщине зеркало не требуется — её прелесть не нуждается в коррекции или приукрашивании.