— Ближний Космос экономически не выгоден, — сказала, повернув бледное лицо к левой, правая Дзуля, — А возврат к реальным деньгам невозможен.
— А дальний Космос, — продолжила средняя, — никому не интересен. Звёздной романтики нет. Ты, Гариб, знаешь, что такое звёздная романтика?
— Разве что у Лишних она осталась, — сказал он, внимательно осматривая незнакомое блюдо, похожее на клюквенный кисель из детства на Ферме, — Но у них нет возможностей Фонзы. Ничтожная конспиративная вероятность сохраняется…
— Нам предложили полностью прикрыть Лунный проект, — сказала средняя Дзуля, — Справедливо. Людям, в общем, делать там нечего. Их даже лунные артефакты не интересуют.
— А как ты добилась воцарения либерально-коммунистического Полдня? — спросил Альтер, не отпуская левую Дзулю, — Никто ничего не делает, но имеет всё желаемое. Очень ленивый Полдень получился. Напоминает человеческую ферму. Где люди вместо овощей и коровок. Я о Фонзе.
— А что случилось с генной инженерией? — продолжил любопытство Альтера Гариб, — Медицинские роботы справляются с этим? Или нет? Недавно их во мне побывало столько! Они мне ничего не реконструировали?
Средняя Дзуля изящно взмахнула длинным рукавом цветастого платья и сказала:
— Что ты всё к себе склоняешь разговор? К тебе мы вернёмся в более удобный час. В моря-океаны ведь вы, люди, тоже не хотите… Есть подводные лаборатории, пустые поселения при подводных фермах. Ты попробуй, не смотри. Желе из морских водорослей, очень полезно для сосудов. Народу там неинтересно, не романтично. Сплошь роботы. А программы буксуют. Отсутствие рядом человека — главный тормоз. А если не надо — то зачем?
«Какой замечательный вопрос! — повторил Гариб — Но почему „не надо“ случилось?»
— А очень просто, — голосами сразу трёх Дзуль сказал Альтер, — Столкновение произошло. Так скажет Гинва… Апологеты Полдня очень легко расстались с былыми думами и массово ринулись в открывшуюся многомерную зрелищность. И наступило то, что скрывалось за их мечтами. Это они, бывшие футурологи и фантазёры, сотворили сегодняшний безрассветный мир полного кайфа и безделья. Вам понравились мысли Гинвы?
Но Гарибу не до истоков сумеречного Полдня. Его влечёт первопричинность предстоящего, пусть и в усечённом виде.
— А вот задачка для Дзули! Кто они? Те, кого Тень называет Хозяином! До следующей встречи ты её решишь?
Он приготовил много вопросов. Один из них — по эстетике мира Фонзы. Она так разрисовала свой, столичный город! Некрасиво до беспредела! Море синей насыщенной краски в чередовании с жёлтым! При текущих погодах — совсем никуда… При свете Солнца, как в Анклавах, может и смотрелось бы…
— Я перекрашу город. Определите цвета. Некрасиво… Безвкусица… Красота для меня — функциональность. Раскраска не влияет на уровень жизни.
Как она услышала то, что он не высказал? Или он услышал то, что она не произнесла?
Виртуальность и Явь. Расщепление
— Я вижу начало дождя там, где нет и тумана… Кучевые облака пропускают свет и окрашены так причудливо… Для тебя — неестественно… Ты научишься видеть как я. А я хочу видеть как ты… Плюс освоить великую гамму запахов, звуков и прочего… Мы не должны так различаться в восприятии реальности. Любой реальности, действительной или гипер… Без внешних органов у меня не получится. И тебе будет легче войти в мой сегодняшний мир…
— Загадок и открытий всё больше. Перспективы необозримые. Где живёт сознание, Альтер? В мозге его не нашли. В тончайшей оболочке мозга? Нет, скорее, она — супер-антенна, использующая неизвестный диапазон.
— Во Вселенной существует мгновенная дальняя связь. Для её разгадки работа над оболочкой мозга — самое то. Мы создадим свою Группу. Но не Брэйн… Вот если б была потребность в Космосе. Но для Фонзы она не предвидится.
— Нет, дело глубже… У сознания — неизвестное место в материи. Не обнаруженные частоты, и энергия непонятная, не фиксируемая. Это для тех, кто серьезно занят смыслами. Есть такие?
— Есть. Но они не практики. Словно религиозная закрытая секта. Дзуля знает. И не включила никого из них в Брэйн-Группу. Она их словно не замечает. Но этот вопрос не первый?