Это сказал человек из «секты» Акрама.
— Ложное эго по имени Аханкара! — очень твёрдо, с незнакомой Гарибу интонацией произнесла Гинва, с осуждением посмотрела на человека из «секты», раскрыла свою книжку, но тут же закрыла её, — Массив новых знаний прежней эры добавил человеку много информации, в том числе нужной. Но закрыл от него ещё больше. Люди забыли необходимое! И на его место поставили недостаточное. Я доверяю Гарибу и Дарко, но не знаю, что у них получится…
«Вот так! — Гариб даже не удивился, — Доверяет, но сомневается».
— Я не знаю, что об этом думают и говорят священники Анклавов, но прошлое землян имело прозрения, — сказала Гинва и процитировала незнакомый ему источник.
«Душа человеческая не материальна. Она — частица Духа. Она и есть человек! Она вечна и изначальна, она неуничтожима и неделима, она не возникает и не исчезает, она за пределами и времени и пространства. Попадая под влияние майи — материальной энергии, — душа покрывается тонкими материальными оболочками, благодаря которым она получает возможность действовать в этом материальном мире. Эти тонкие материальные оболочки в совокупности называются тонким телом. Тонкое тело, это и есть наша психика, какой мы её знаем. Тонкое тело относится к материальной природе. Его можно сравнить с тенью человека. Тень не является личностью, но поскольку она порождена присутствием личности — человека, она кажется живой. Тонкое тело, или психика, состоит из трёх основных структур: аханкары (ложного эго), буддхи (разума), и читты (ума)».
Полная сборка
— Останемся здесь на неизвестное время, — сказал Гариб, осмотрев толпу новых «элитариев», — Изучите расположение, освойтесь в жилых комнатах. Через час сбор в конференц-зале.
Народ, собранный из регионов Фонзы, подхватив вещмешки, баулы, чемоданы и сумки, молча разбрёлся. Гариб в сопровождении Гинвы, Дарко, Акрама и Лифана направился к месту первого заседания правящего союза Революционного Мира. Гариб внимательно огляделся. Никаких следов происшедшей здесь схватки, приведшей к многочисленным разрушениям и деформациям. Или не было этого? И последующего нападения киборгов? А произошло в какой-то иной реальности, если не сновидении… Или в памяти застряла наведённая извне информация, которую усвоил и Дарко…
Всё как прежде: круглый зал в сиреневых оттенках, круглый стол под красным сукном. В воздухе уютное напряжение. Тихо. И нет Ливея с Митулом — теневых слуг Преториума, не имевших и тогда реальной власти, но способных испортить любое приличное дело. Гариб посмотрел на Дарко. Тот, поняв вопрос, ответил:
— Связь с ИскИном устойчивая. Земные помехи нашей работе исключены.
Гариб занял место за столом, остальные рассредоточились так, чтобы видеть друг друга.
— Определим генеральную линию предстоящей работы. Власть по существу в наших руках. Мы можем совершить в пределах Фонзы любое здравое начинание. Но в прежних рамках бытия. Народ ничего не решает в своей текущей жизни по-прежнему.
— В настоящей — да, ничего не решает, — как будто согласилась с ним Гинва, — Но в будущей они будут хозяевами своего мира. Иначе зачем всё?
— Иначе всё незачем, — согласился с ней Акрам, — Мы с Гинвой имели серьёзный разговор недавно… О главном в предстоящем.
— И как же вы его определили? — с детским любопытством на лице спросил Дарко.
— Духовность! — ответил Акрам, — Бездуховный социум противоестественен и смертелен. Для каждого. Кроме тех, кто его не принял сердцем и отверг мыслью, словом и делом.
— Атомно-молекулярная нравственность, — продолжила его заявление Гинва, — безличностна, внечеловечна. При любой погоде, даже при солнечном полдне.
— Земляне испытали анархический терроризм Элиты в истории неоднократно. В наше время он продолжился в заботливом попечительстве Дзули-мамы — вершине искусственного интеллекта. Созданного по образу и подобию человеческой элиты…
«Она часто стала повторять „земляне“ — передал Гариб Дарко, — Я почему-то тревожусь».
Дарко поправил Гинву:
— Так называемой элиты.
Лифан, не отрывающий взгляда от Гинвы, сказал:
— Я благодарен Гинве за устройство, заменяющее отсутствующие книги. Через него я успел познакомиться, — опять же по её рекомендации, — с хорошими авторами прошлого.
Он положил на стол перед собой сантиметровой толщины гибкую пластину и нашёл нужную страницу. В открывшемся объёме предстал вид на центр Галактики.