– А что я, по-твоему, всю жизнь страдать должна? – невозмутимо ответила писклявая и хвастливо продолжила, – а новый муж мне кажный день цельный чпаг поминков6 приносил!
6Цельный чпаг поминков – полный карман подарков.
– Ой, уморили, так, хватит мне ваши биографии рассказывать, – произнёс молодой голос и, судя по всему, обладательница его всё это время тихонько посмеивалась над ними, – а то мне лет сто понадобится, чтобы всех ваших мужей узнать. А мне самой замуж пора, – и совсем строго добавила, – обувь развязали, снимайте!
Ярусу казалось, что он заснул в суперсовременном
7D- кинотеатре, который возможно будет изобретён в будущем, во время сеанса захватывающего фантастического фильма. И когда к нему прикасались, трогали, раздевали, он был и продолжает быть участником этого фильма.
– Носки можешь сама снять, мне это неприятно, – произнесла шепелявая.
– Конечно, сниму, – радостно согласилась писклявая, снимая носки, – а тебе это противно, потому что твой пятый муж винопийца1 був, как напьётся, так и приходит к тоби грязный и вонючий. Беее! Так ты только и делала, что его раздевала.
1Винопийца – пьяница.
– Глянь-ка ты, просветление ума настало, не твоё собачье дело, что я делала, а что нет, – зло заметила шепелявая, – давай, помогай портки снимать.
Ярус снова почувствовал прикосновение холодных рук, которые стянули с него джинсы и теперь он остался в одних трусах.
– Ой, а без портков он ещё краше, молоденький, красивенький.
У меня аж сикашки2 по коже побёгли, – обрадовалась писклявая.
2Сикашки – муравьи.
– А больше ничего у тебя не побёгло?
– А кто будет срачицу3 снимать? – не обращая внимание на выпады, спросила писклявая.
3Срачица – исподняя рубашка.
– Срачицу сниму я, – безапелляционно заявила шепелявая.
– Нет, я, – не согласилась писклявая.
– Нет, я!
– Нет, я!
– Это они трусы срачицей называют, – усмехнулся Ярус, и тут же не на шутку встревожился, – ни чего себе, так они и их хотят снять?
А если я жив, и нахожусь в летаргическом сне, тогда, зачем меня раздевать, хоронить? Возможно, вот так и Гоголя4 похоронили, он всё чувствовал, слышал, а знак, хоть какой-нибудь, подать не мог. Нужно попытаться дать им знать, что я – живой.
4Гоголь Николай Васильевич (фамилия при рождении Яновский, с 1821 года – Гоголь-Яновский; родился 20 марта 1809 года, Большие Сорочинцы, Полтавская губерния, умер 21 февраля 1852 года, Москва) русский прозаик, драматург, поэт, критик, публицист, широко признанный одним из классиков русской литературы. Гоголь страдал тафефобией – боязнью быть заживо похороненным.
Напрягая все мышцы лица, Ярус с новой силой постарался открыть глаза, это ему не удалось, тогда он попытался сжать руки в кулаки – с большим трудом, но у него это получилось.
– Ура, я могу двигать руками, – ликовал про себя Ярус и тут же сосредоточился. – Так, а смогу ли я пошевелить пальцами ног?
Ярус пошевелил пальцами одной ноги, потом другой.
– Если я двигаю пальцами, значит я живой, – обрадовался про себя Ярус. Прямо над собой, он услышал какие-то шлепки.
– Вот тебе! – шепелявила одна.
– Вот тебе! – пищала другая.
– На тебе!
– На тебе!
– А чего это ты будешь срачицу снимать? – с презрением спросила шепелявая и шлепки прекратились.
– Бо1 я млаже, – гордо ответила писклявая.
1Бо – потому что.
– Кто млаже? Ты? – презрительно сказала шепелявая.
– Да, я, – хвасталась писклявая.
– Тебе, Меланья, сколько лет? – не унималась шепелявая.
– Мене? – задумалась писклявая, бормоча что-то себе под нос, видимо, загибая пальцы на руке, и наконец, с достоинством заявила, – седмь сот восемьдесят пять.
– Прямо ягодка опять, – съязвила шепелявая, – а мне седмь сотен восемьдесят три!
– Тебе, седмь сотен восемьдесят три?
– Нет, соловью-разбойнику, – презрительно ответила шепелявая и гордо добавила, – мене, кому ж ещё?
– Им по семьсот лет? – поразился Ярус, продолжая внимательно слушать разговор, – бред какой-то.