Акула неутомимо в истерике грызла толстые костяные прутья решётки, издавая характерный звук «болгарки»1.
1Болгарка – угловая шлифовальная машина, электромеханический инструмент, предназначенный для резки, шлифования и чистки деталей из камня и металлических сплавов. Название, болгарка, родилось в СССР в 70-х годах, когда там появились первые образцы данного типа инструментов, выпущенные именно в Болгарии.
Бева просунула футболку Яруса сквозь решётку, и акула моментально её проглотила. Потом облизнувшись и смачно причмокивая завиляла хвостом, как собачка, прося добавки. То же самое произошло с джинсами и носками – не проходило и доли секунды, как всё это оказывалось в утробе Моси. Один носок застрял у неё между зубами, и она, оттопырив свои чудовищные губы, пыталась освободиться от него, громко щёлкая челюстями.
– Мося, на тебе жвачку, целых две подушечки, – сказала Бева, просовывая кроссовки между прутьев. Акула схватила обувь и стала усиленно двигать челюстями. Отделившись от зубов, носок смешался с тем, что когда-то называлось кроссовками, и вскоре всё это превратилось в серую однородную массу. Выплюнув «жвачку», она снова сфокусировала взгляд на Ярусе, с удвоенной энергией ударилась мордой в решётку, поморщилась и продолжила яростно грызть прутья.
– Ну, вот, теперь ты всё знаешь, что находится в моём дворце, – гордо сказала Бева, видимо довольная произведённым впечатлением.
– Спасибо за экскурсию, – задумчиво произнёс Ярус, всерьёз осознавая всю сложность, а, скорее всего, невозможность своего побега из дворца.
– А ты знаешь, я вижу по глазам Моси, что ты ей тоже понравился, – злорадно улыбнулась Бева, – ладно уже иди, не дразни её, а то у неё на тебя происходит обильное слюноотделение, а это вредно для её желудка.
Ярус отошёл от решётки, обернулся ещё раз, глянув на акулу, которая издала громкую и неприятную отрыжку.
– Мосенька, пока, моя ласточка, мы пошли, дорогая, а ты не скучай, – Бева погладила акулу ещё раз и, радостно добавила, – теперь, пирком, нырком, да и за свадебку.
Глава 15
АГЛОСЬЯ
Бева наклонила черепашью голову, и трон медленно вернулся в исходное положение. Достав пульт, она нажала кнопку – из контейнеров появились две мавки и замерли перед царицей по стойке смирно.
– Так, претендента заведите в комнату для гостей, – грозно приказала Бева, – и скажите Аглосье, пусть поторопится с нарядом.
Мавки стремительно подплыли к Ярусу, грубо схватили его под мышки, дотащили до гостевой комнаты и, открыв дверь, силой толкнули его внутрь.
– Пелагею и Меланью тоже сюда, пусть проконтролируют приготовления, и можете быть свободны, – отдав последнее распоряжение Мавкам, Бева поплыла в SPA-салон.
– Слушаемся, – вытянувшись по стойке смирно, чётко отрапортовали русалки.
Как только Бева исчезла за дверями SPA-салона, одна мавка осталась дежурить у дверей, наблюдая за Ярусом, другая поплыла за лобастами.
– Вот, и пришёл конец моей молодой жизни или холостой, – подумал Ярус, – хотя в данном случае это одно и тоже.
В комнате для гостей стояло три оранжевых кресла, которые напоминали выгнутые морские звёзды, здесь же стоял столик, столешница которого была покрыта скатертью из чёрной кожи ската с белой полосой посредине. Освещалась комната люстрой представляющей собой внушительных размеров рыбу молот, в живот и плавники которой было вставлено множество маленьких прожекторов. Половина огромной комнаты занимала кровать, спинки которой напоминали два огромных хвостовых плавника кита. Здесь же, прямо на полу, подложив под себя хвост, сидела Аглосья и нанизывала жемчуга, камни и ракушки на нити. Ярус медленно приблизился к русалке, наблюдая за её работой.
– Садитесь, – тихо произнесла она.
Он посмотрел на грозную мавку в дверях и плюхнулся в кресло. Поставив его ногу себе на колено, она стала завязывать на щиколотке браслет с драгоценностями, но увидев, что Ярус внимательно её рассматривает, опустила белокурую голову.
– Вы оденете на меня все эти цацки? – сморщившись, спросил Ярус.
– Да, – подняв голову, ответила Аглосья.