– Ало, Жаропепел, привет, докладаю, Ярус и Топа у меня на сковородке, можешь расслабица, – и через паузу, добавила, – рада стараться, Ваша огненность! Так, я приглашаю тя на обед, что, не можешь от молодухи – Зены оторваться? Ну как хошь.
– Значит, Зена жива, слава Богу, – обрадовался Ярус, но тут же снова загрустил, – но после моей гибели, спасти её будет некому.
Инкоха набрала на своём телефоне еще один номер.
– Алё, Лярва, привет, дорогая, чо делаешь, будущее меняешь? Молодец, а я тут с юношей целовалась, правда-равда, а теперь готовлю его с младым кротиком. Так что, заваливай ко мне часа через три, да захвати с собой Марву, ну и друга своего чёрта Ройко, давай жду.
Ведьма кряхтя встала, подошла к сковородке и прищурилась.
– Так, вам ещё минут пять осталось, – и улыбнувшись, продолжила, – это хорошо.
– Кому хорошо? – грустно спросил Топа.
– Докладаю, вам, на ужине будет пять ртов, как бы вас мало не оказалось. Я бы еще и Зену твою приготовила, мясо самок гораздо мягче и вкуснее, да, этот дурак старый всё со своею лябовью.
О, сейчас вытяжку включу, – с этими словами она зашла сбоку и чем-то щёлкнула, при этом раздался гул, и тут же беспокойно продолжила, – ай, совсем забыла специи приготовить: соль, перец, лук, чеснок, лаврушку, ух, как я проголодалась, – напевая себе что-то под нос, она подскочила к столу, и стала рыться в столе, гремя посудой.
– Горячо ножкам твоим, Ярус? – заботливо спросил Топа.
– Да, уже чувствуется жар, – грустно ответил Ярус.
– А ты свой телефон под ножки положи, – предложил Топа.
– Умница, Топа, – воскликнул юноша, – надо срочно позвать чёрта Васю, – сказал Ярус, доставая смартфон из-за пояса.
– Ты посмотри, – возмутился Топа, – он ещё и Васю какого-то решил нами угостить, а ты меня спросил?
Юноша отвернулся от Инкохи, посадил крота на плечо и набрал 13 и четыре нуля.
– Алё, Вася, – зашептал Ярус, – срочно выручай, мы на сковородке, у Инкохи, Вася быс…– прервал разговор Ярус, пряча смартфон.
– Ну, что как тут моя свежатина, вы ещё не сдохли? – произнесла разочарованно Инкоха подходя к сковородке, – а у меня уже слюнки текут.
Дверь в избу отворилась, и в комнату вбежал Вася.
– Здравствуйте, тётя Инкоха, а я мимо пролетаю, чувствую, что у вас тут вкусненько пахнет, дай, думаю, зайду, может и мне чья-нибудь ножка перепадёт, – подмигнув Ярусу, весело произнёс Вася.
– Это что, мы и этого чёрта кормить будем? – обеспокоено спросил Топа.
– Заходи, Вася, присаживайся, так и быть угощу тебя, только поможешь мне разделать вот эти две туши, – указывая на сковородку, произнесла Инкоха.
– Это я люблю, разделывать тушки, особенно такие симпатичные.
– Они станут ещё симпатичнее, когда покроются коричневой корочкой, – облизнувшись, сказала Инкоха.
– А я Вам тут пивка принёс, – доставая бутылку и усаживаясь напротив Инкохи, заботливо сказал Вася.
– Ну, спасибо, племяшка, не забыл, что твоя тётка любит, наливай.
– Да это всё Вам, я же на службе, мне нельзя.
– Вот спасибо, это будет аперитив перед сытным обедом, – Инкоха взяла бутылку и жадно выпила её всю из горла, высоко запрокинув голову вверх.
– На здоровье, тетя Инкоха, – сказал Вася, незаметно рукой показав Ярусу знак о`k.
– Вот видите, – громко икнув, Инкоха повернула голову в сторону сковородки, – уже шесть едаков будет, – и, обращаясь к Васе, заплетающимся языком одновременно зевая, продолжила, – разделаешь их на той колоде вон в том углу, и самое главное меленько их поруби, а то я большие куски не люблю.
– Хорошо, тётя Инкоха, – всё будет так, как Вы скажете.
– И не соли много, – снова широко открыв рот, зевнула Инкоха, – я тут немного отдохну… – вдруг широко зевнув, она опустила голову на стол и громко захрапела, на выдохе продолжая что-то бормотать себе под нос.