Тим кивнул, обдумал его слова и спросил:
— А ты?
Гуеррера пожал плечами:
— Ты участвовал в первой перестрелке, в которую я угодил на службе. На одном из рейдов. Ты проделывал тогда такие штуки, которые не показывали даже в боевиках. Я наблюдал за тобой, и у меня тряслись руки. А ты был абсолютно спокоен. — Он медленно повернул запястье в одну сторону, в другую. — Ты научил меня всему, приятель, без слов. По-моему, от того, что я буду злиться на тебя, ничего хорошего не будет.
23
Джени трясла ее за плечо:
— Эй, слушай! Проснись же!
Ли села в кровати. По давней привычке, от которой девушка так и не избавилась, она сонно взглянула на тумбочку в поисках часов. Но их там, естественно, не было. Судя по сероватому свету за окном, было около шести утра. Хотя сам ТД редко появлялся на завтраке, он считал, что завтрак должен быть ранним. Как Про должны были успевать поспать между этим ранним завтраком и ночной работой над собственным ростом, оставалось за пределами понимания Ли. У нее было столько дел и она так уставала, что времени подумать о столкновении с Томом Альтманом, или кем бы он там ни был, совсем не было.
— Ну-ка угадай! А, ладно, сама скажу. — Джени прижала руки к груди. — ТД дал мне назначение в Скоттсдейл. Я попросила, чтобы со мной поехали Лорейн и Чед. Здорово, да?
Ли почувствовала укол зависти. Ее голос все еще был хриплым со сна:
— Просто потрясающе.
— Я буду первым послом. Ну, конечно, после Стэнли Джона, но это уже само собой разумеется. Он едет в Кембридж. ТД говорит, что Бостон почти такой же богатый возможностями город, как и Лос-Анджелес. И знаешь что?
Ли спустила ноги с кровати и часто заморгала, стараясь сосредоточиться. Она еле-еле открыла ящик шкафа, от которого давно отвалились обе ручки.
— Мы надеемся набрать тысячу Нео для семинара следующего поколения. — Джени стояла за спиной у Ли, приглаживая ей волосы. — Я переезжаю в Третий домик. Я дала о тебе очень хороший отзыв за эту неделю. Даже не упомянула, что у тебя так и не прошла сыпь.
— Слушай, Джени, я кое-что хотела у тебя спросить. — От прямого немигающего взгляда Джени Ли стало неловко, но она продолжила: — Тебе не кажется, что некоторые методы, которые мы используем на семинарах, — не знаю, как сказать, — неправильные, что ли? Так же, как и то, каким образом мы приводим Нео?
Джени рассмеялась и взъерошила Ли волосы:
— Конечно, нет, дорогая. Ты ведь не стала бы кормить грудного малыша стейками, правда? Ты кормила бы его специальным детским питанием, которое он в состоянии переварить. Нео еще новички в истинном росте. Последнее, что мы хотим сделать, — и это ради их же собственной безопасности — это дать им больше, чем они смогут проглотить. Поняла?
— Кажется. Спасибо, Джени.
Джени обняла Ли. В ее объятиях было тепло и спокойно.
— Ты всегда должна спрашивать меня обо всех своих сомнениях. Это моя работа.
Дверная ручка со скрипом повернулась, и в комнату вошел Рэндел:
— ТД хочет тебя видеть.
— Сейчас, только свитер надену, — ответила Джени.
— Нет, тебя.
Джени застыла на секунду, потом с вымученной улыбкой сказала:
— Я ее приготовлю.
Пока Джени выбирала для нее свитер, Ли зажала в ладони ложку, которую прятала в глубине ящика, и сунула себе за пояс:
— Мне нужно в ванную.
— Поторопись, — сказал Рэндел.
Ли быстро прошла в ванную. Она почистила зубы, побрызгала водой на волосы и постаралась их пригладить. Дрожа, опустилась на холодный круг унитаза и достала ложку. Ли сидела и вглядывалась в свое смутное отражение в ложке — отражение, которое не видела неделями, если не считать украдкой брошенного взгляда в зеркало, висевшее на стене гостиницы «Рэдиссон». Низкое качество отражения, которое обеспечивала ложка, помогло Ли оправдать свое желание посмотреть на него.
Ее мысли снова обратились к Тому Альтману. Она вспомнила его рукопожатие — прохладное и уверенное. Какую ложь скрывала его привлекательная внешность? Его предательство. Продюсер Хеннинг, продолжающий свою деятельность исподтишка.
Но в голове Ли была и еще одна мысль: то, что за ней пришел такой человек, как Том, означало, что она сделала что-то такое, что вызывало тревогу и беспокойство. Он казался честным человеком. Как же мог он так ошибаться в Программе, что пришел похитить ее?
То, что Ли сохранила воспоминание о нем в этом месте, где даже думать было запрещено, придавало всей этой ситуации характер интимности.
Она подпрыгнула, когда дверь с грохотом открылась и под перегородкой появились ботинки Рэндела: