- А я? Кем буду я? – Юлька отложила глянцевые журналы, словно потерявшие от столкновения с жизнью свою увлекательность.
- Этого я не знаю, - тихо ответил Алекс, отгораживаясь от девушки газетой, которая вдруг стала для него необыкновенно интересной.
- Дерево, это как? Словно деревянная кукла? Пиноккио? – Юлька зябко поёжилась. – А ведь мастеру Романову меньше лет, чем моему папе! – вдруг осенило её.
Эх, открытий для одного дня было слишком много, и Алекс попытался свернуть разговор на менее скользкую дорожку:
- Ты удивлялась, что лешие устраивают забастовку, ты бы видела, что профсоюз домовых натворил в прошлом году за месяц стачки?
- У вас есть свои собственные добби? – изумилась Юлька, опять вынырнув из блестящих страниц.
- Что такое добби? – нахмурился Алекс, он не терпел ущербности в своих знаниях.
Охотникам платят и за информацию тоже.
- Ты не читал «Гарри Поттера и…»? – Юлька подхватила его эстафету «как можно быстрее ответь вопросом на вопрос».
- Это художественная литература? Такое я не читаю, справочники, энциклопедии, словари меня интересуют гораздо больше, - Алекс отвернулся от девушки.
- Давай купим хотя бы первый том, - кивнула Юлька на сияющую витрину «Листай-города».
- Эй, останови! – рявкнул Алекс кучеру.
Кони пролетели гораздо дальше и картинно остановились у другого магазина «Книжный мир».
- Тоже подойдёт, - Юлька выскочила из кареты и вошла в эту чудесную вселенную из бесконечных полок и радужных обложек.
У Алекса, послушно шагнувшего за ней, зарябило в глазах, он зацепился за привычную его взгляду классику: Булгаков, Толстой, Гоголь. Кожаные неброские корочки, золотые буквы названий и фамилии, говорящие сердцу больше, чем какой-то вспотевший Гарик. Юльке он солгал, книги он любил, читал и перечитывал, споря и ругаясь с авторами. Так приятно заметить ошибки мастеров слова в описании классического шабаша или ежегодного Лунного бала тёмных магов. Но об этом увлечении Алекс никому не рассказывал. Не к лицу охотнику знать наизусть самый спорный роман Булгакова, мысленно цитировать дивные сказки Гоголя, представлять растоптанный, но не сломанный цветок чертополоха из истории Толстого.
- Вот, нашла! - Юлька вытянула с полки пёстрый томик.
Алекс с сожалением кивнул Булгакову, Толстому, Гоголю, даже нелюбимый Достоевский казался теперь дорогим и милым в сравнение с этим американцем Джоном Ролингом. Алекс расплатился и внимательнее посмотрел на яркие бестолковые картинки: Джоан?
- Так это ещё и женщина? – Алекс терпел Эль Кантэ, всё-таки свой брат – маг, но современные писательницы ему не нравились, хоть он и не читал ни одной их книги.
- Потом будешь читать, - улыбнулась лукаво Юлька, садясь в карету, - а сейчас скажи, почему драконы без рогов? У этого императорского роскошные крылья, глазищи, уши, и никаких рогов нет!
«Мечтай, как же! Не буду я читать всякие детские книжонки», - подумал Алекс, устраиваясь на подушках, хорошо в карете, места много и уютно.
- У драконов никогда и не было никаких рогов, рога есть только у драконов-оборотней, но они редкость, - выдохнул он, чувствуя, что дико устал за этот бесконечный день, похожий на попадание внутрь книжки «Почемучка. Сто вопросов о магии», которую он зачитал в детстве до дыр.
- А… - неопределённо отреагировала Юлька, утыкаясь в журнал.
Карета принеслась в маленький дворик. Служебную квартирку снимали в обыкновенном спальном районе, почти на окраине.
- Благодарю вас, - улыбнулся Алекс кучеру.
И потащил Юльку, вещи и кипу журналов к лифту, дом был новый, и домофон ещё не установили.
- Нет, - Юлька вернулась за книгой, нарочно оставленной Алексом в подушках кареты, - ты её прочитаешь!
Алекс решил и не спорить, и не делать, он часто так реагировал на безумные проекты начальства.
- Девятый этаж, вид из окна приятный, - говорил Алекс замолчавшей вдруг Юльке, открывая дверь и точно так же, как она утром, роняя на пороге сумки и пакеты.