Нервничала? Со временем она научится быть спокойной. Сил на вот такое детское ёрзанье на стуле у неё не будет.
На изящном носе никогда не могло быть веснушек. А пушистые тёмно-русые косички до пояса хотелось распустить, чтобы пышные локоны волной легли на её худенькие плечи.
«Вервольф бесхвостый!» - с горечью подумал Алекс, понимая, что магия девушки начинала действовать на него непредсказуемо и неумолимо, подминая, подчиняя, уничтожая его волю.
Алекс поправил приколотый к воротнику куртки амулет, но ему надо было умыться холодной водой, чтобы хотя бы начать непринуждённую беседу. Магия девушки была собрана в бутон, который распустится, если всё будет хорошо. Но Алекс - охотник из департамента магии, чуял силу девушки уже сейчас.
- Я руки помою, подожди меня, закажи, что захочешь! – выпалил он и убежал за дверь с нарисованной криво синей буквой «м», будто за ним гнались сотрудники ИнКа.
Парней из ИнКа всё чаще называли инквизиторами, уже не в шутку, а всерьёз.
Алекс сунул голову под включившуюся от его движения воду. От ледяной воды он кое-как пришёл в себя. Начальство намекало, что ему нужен помощник, но Алекс – лучший в столице охотник за необычными магами, работал один и намёков не замечал.
- Что будем есть? – Алекс вытер голову платком, он знал, что с мокрыми кудрями выглядят сногсшибательно, с точки зрения юных девиц.
Он был так светло обаятелен, что ему дали рабочий ник: «Прекрасный принц».
- А я подумала… - девушка сидела за пустым столиком, сминая в руках крошечную пачку влажных салфеточек.
- Что я ушёл? – Алекс улыбнулся и подозвал официанта, высокого рыжего юношу в алом жилете, в белой рубашке и чёрных брюках, с приколотым к жилету значком-силуэтом рыжего кота.
Юлька улыбнулась и заказала недорогое привычное: блинчики с малиновым вареньем, пломбир в шоколаде, кофе. Алексу хотелось выпить рюмку водки, но он выбрал салат из фруктов и воду.
Вот как такой девчонке сказать, что через две недели, её жизнь… ну, не закончится, нет, а станет ужасной? Алекс выпил целый стакан противно тёплой газированной воды и задохнулся от пузырьков, рванувшихся обратно через горло и ноздри.
И этот из ИнКа, которого он встретил утром, смотрел так непросто с намёком из-под позолоченных очков: не сломай девушку.
Девушка была видящей. Точнее сказать, такой она станет в день рождения, в двадцать один год. У каждого видящего своё время созревания, кто-то начинает в пятнадцать, кто-то в тридцать, а Юлия Воронцова должна пройти жестокое крещение в день совершеннолетия.
ИнК пересчитывал видящих каждый год, но их становилось только меньше. Некоторые были сломаны, другие погибли, третьи наложили на себя руки. В империи оставалось двадцать видящих. Юлька станет двадцать первой. «Очко, - министр по связям магов с людьми положил юлькино дело на стол Алекса, бросив, - не навреди».
Первая ступень видящего – возможность воспроизвести любые события прошлого, рассмотрев ткань мироздания. Вторая - надорвать нити, связывающие настоящее с прошлым, не давая чему-то свершиться. И третья – изменить ткань мироздания в прошлом, повернуть её поток, куда будет нужно. Видящие и вообще на людей были мало похожи, а на третьей ступени это уже были создания, к людям отношения не имеющие.
Алекс поболтал стакан с водой на донышке:
- С чего начать?
Его накрыло странное чувство, что не выйдет ничего.
- С Эль Кантэ, - улыбнулась Юлька, - ты его, правда, знаешь?
- Я лично с ним знаком, честное слово, - Алекс, отвёл взгляд от недоверчивой гримаски на лице девушки, внезапно вспомнилось лицо председателя ИнКа, очкастого Эль Кантэ, и спину продрали мурашки. – Это ваш профессор языкознания!
- Не может быть! – выдохнула Юлька.