Итак, уже в первых плодах бредовых фантазий и действий Ханольда мы выявляем двойную детерминацию, производность из двух различных источников. Во-первых, это воображение самого Ханольда, во-вторых же, то, что раскрывается нам после изучения его психических процессов. Одна детерминация, относящаяся к личности Ханольда, им осознается, другая полностью бессознательна. Одна целиком возникает из круга представлений археологической науки, другая обусловлена пришедшими в движение вытесненными воспоминаниями детства и прилегающими к ним эмоциональными устремлениями. Одну можно описать как поверхностную и покрывающую другую, как бы спрятанную за нею. Допустимо сказать, что научная мотивация служит предлогом для бессознательной эротической мотивации, а наука полностью поставлена на службу бреду. Но нельзя забывать, что бессознательная мотивация не способна добиться чего-либо без одновременного удовлетворения сознательной научной мотивации. Симптомы бреда – фантазии и действия – суть результаты компромисса между двумя психическими течениями, а при компромиссе учитываются притязания каждой из двух сторон; но каждая сторона должна при этом отказаться от некоторой доли своих побуждений. Там, где компромисс осуществился, ему предшествовала борьба, в данном случае – предполагаемый конфликт между подавленным эротизмом и силами, которые удерживают его в состоянии вытеснения. При образовании бреда эта борьба, собственно, никогда не завершается. Натиск и сопротивление обновляются после каждого компромиссного образования, которое никогда, как говорится, не оказывается полностью удовлетворительным. Это знает наш автор, который потому и позволяет на этой стадии расстройства возобладать в герое чувству неудовлетворенности, своеобразного беспокойства как предвестника и залога дальнейшего развития событий.
Эти важные особенности – двоякая детерминация фантазий и решений, поиск осознанных предлогов для действий, обоснование которых во многом определяется вытесненным содержанием, – по мере развертывания сюжета повести предстают все чаще и, пожалуй, отчетливее. Так и должно быть, ибо тем самым автор улавливает и воспроизводит основную постоянную характеристику болезненных психических процессов.
Развитие бреда Норберта Ханольда происходит благодаря сновидению, которое, не будучи вызвано никаким новым событием, полностью проистекает, по всей видимости, из истерзанной конфликтом психики. Но давайте все же остановимся, прежде чем проверять, оправдывает ли автор при создании сновидений наши ожидания углубленного понимания происходящего. Здесь нужно уточнить, что говорят психиатры о возникновении бреда, как психиатрия относится к роли вытеснения и бессознательного, к конфликту и к компромиссным образованиям. Если коротко, попробуем установить, может ли художественное описание происхождения бреда устоять перед приговором науки.