Я, как ошпаренный выскочил из телеги и понесся к месту битвы. Клинки так и лежали на том месте, где я накладывал шину. Я схватил их и уже обиженно потащился обратно.
- Вот зверь, нет, чтобы спасибо сказать, что я его начал лечить, так он на меня еще и орет.
Наемник следил за мной взглядом, так как его голова слегка возвышалась над краем телеги. Я вернулся к телеге и протянул ему его меч - На. - Тот посмотрел на меня долгим изучающим взглядом. Чувствовалось, что его мутит, но что-то не дает ему покоя.
- Вытри кровь, вычисти песком и положи рядом со мной - усталым голосом прохрипел наемник и отключился.
Тут я вспомнил, что ведь негоже воину бросать свое оружие, в нашей армии за это наказывают, да и у наемников, видимо, тоже. Чувствуя теперь свою вину, я набрал травы, и принялся вытирать меч Зравшуна, потом, поплевав на тряпку, макнул ее в придорожную пыль и принялся чистить меч. На автопилоте протер и свою саблю и почистил ее тряпочкой с пылью. Когда поднял глаза на телегу, то увидел внимательный взгляд Зравшуна. Я принес ему меч и положил его рядом с его правой рукой. Зравшун кивнул, как бы констатируя, что, да, именно сюда, и закрыл глаза.
Моя обида улеглась, и я хотел было отправиться дальше, но вдруг мне в голову пришло, а что, если прицепить туши карисанов к телегам. Ликура тогда обрадовалась, что кони притащили хвост карисана, может и сейчас ей из них что-нибудь сгодится? Я отправился ко второй телеге и, ведя коней в поводу, отправился к первой туше, которую убил Зравшун. Зверь лежал так, как его застала смерть, поджав под себя передние лапы. Я попробовал его приподнять. Оказалось, что с трудом, но смогу. У меня мелькнула мысль, а что если примотать сзади на телегу, ведь катить лучше, чем тащить. Для начала я обмотал одной из веревок от крепежа груза карисана за ногу и повел коней опять на дорогу. Туша потащилась по земле, но это ненадолго, там я ее хорошенько примотаю к телеге. Выбравшись на дорогу, скинул петлю с ноги карисана и отправился за вторым. Операция повторилась с той лишь разницей, что там я сразу крепко привязал карисана к телеге. Мы выкатились на дорогу, и я проделал с первой тушей то же, что и со второй, но только привязав второго карисана к телеге с Зравшуном. Лошадок попросил потерпеть, так как Ликура очень обрадуется, если мы привезем ей такое сокровище. Те удивленно всхрапывали, мол, что это за сокровище, если бегает за тобой с раскрытой пастью, но имя Ликуры действовало на них как надо.
Наконец мы тронулись в путь. Я всю дорогу, до вечера настороженно крутил головой. Зравшун спал. Насколько я знаю, при сотрясении мозга, самое лучшее лекарство, это сон, поэтому я его не будил, натянул над ним небольшой тент, чтобы солнце его не слепило и не мешало ему спать. Так мы и плелись по дороге. Пару раз я останавливался и менял лошадей. Теперь я это проделывал один, но и опыт у меня накапливался, так что я проделывал это все быстрее и быстрее. Еще немного и кони потянулись к небольшой группе деревьев, значит здесь, и будем делать привал. Как только встали, так я сразу выпряг коней, и они унеслись в степь. Им нужна еда и вода, это они могут добыть сами. Я не стал будить наемника, а оставил его в телеге, сам же наломал веток и устроился возле телеги. Приготовил ужин на одного, это ничего, что наемник немного поголодает, но воды нужно дать, это самое главное. Я понемногу капал ему из кружки на губы, а он слизывал воду во сне. Выпил он немного, но этого должно хватить, если запросит еще, то дам напиться прямо из кружки. Ночь уже полностью накрыла всю степь, так что и мне пора было укладываться спать. Сейчас прибегут лошади и будут нас охранять.
2.11. Глава 11.
* * *
Как только мы отъехали от места ночевки километров на пять, я перебрался в телегу к Зравшуну и стал сращивать кость. На это ушло минут тридцать. Теперь, как проснется, так я отвяжу от него свои ножны и заберу их. Ишь, как распекал меня, что я оружие бросил, и свое и его. А то, что мои ножны к его руке привязаны, это нормально. Я ведь ему же, первую медицинскую помощь оказывал! Деспот!