Они стояли на вершине горки, тяжело дыша от крутого подъёма. Аня в короткой тёплой курточке, в шапке с огромным помпоном и в маленьких сапожках совсем не отличалась от подростков. Она смотрела с улыбкой вниз, подтягивая к себе санки.
- А ну-ка, девочка, посторонись, - глухо проворчал пацан лет пятнадцати и аккуратно отодвинул её в сторонку. Потом оттолкнулся и поехал вниз на прямых ногах, балансируя руками и крича что-то задорное и обалденно счастливое.
- Володя, а как это они так на ногах едут? Это же прелесть что такое! - Аня повернулась к Владимиру и улыбнулась.
- Как? А вот так! Держись! - он схватил её за руку и шагнул на скользкий лёд. Анна закричала и поехала вниз. Она визжала, не замолкая ни на миг, цепко держась за крепкую Володину руку. В конце спуска он резко затормозил и с силой развернул её к себе. Она со всей силы ударилась в его тело и подняла голову:
- А давай ещё раз? Это так здорово!
Они опять карабкались наверх, срываясь и скользя, хватаясь руками за редкие кустарники, ползая на коленках, отплёвываясь и фыркая. Владимир влез первым и протянул ей руку. Анна ухватилась за неё и почти взлетела на вершину. Он подвёл её к краю горки и посмотрел ей в лицо. Девушка замерла на миг, а потом её глаза расширились, и она уверенно кивнула. Владимир схватил её за талию, и они снова полетели вниз. Ветер шумел в ушах, смешиваясь со счастливым Аниным визгом, под ногами шипел лёд, и Владимир вдруг почувствовал, как теряет равновесие, что сейчас он упадёт; он отвёл руки от Аниного тела и отпустил в свободный полёт. Она замахала руками, её развернуло, и она улетела за пределы раскатанного полотна куда-то в темноту. Владимир вылетел за ней.
Анна лежала в глубоком сугробе, давясь смехом и пытаясь стянуть шапку с глаз. Владимир приземлился на неё, впечатав своим телом их в сугроб, как изюминки в булочки.
- Володька, ты чего меня отпустил, а? - захлёбываясь смехом и снегом, простонала Аня.
- Чего, чего? Я понял, что падаю, вот и отпустил, чтобы ты, не дай Бог, не упала, - проговорил он, смотря ей в лицо.
- Ага, а я взяла и шлёпнулась первой! Придержал он меня! - Анна шутливо стукнула его кулачком в плечо.
- Ах, ты драться? - зашептал Владимир, прижимая её руки к снегу.
- А что - нельзя? - уже тише спросила Анна.
- Нельзя, никак нельзя...
- Почему?
- Потому что нельзя... - всё тише шептал Владимир, наклоняясь к ней и легко касаясь губами её приоткрытого рта.
- Можно, - выдохнула Анна и закрыла глаза, отдаваясь его поцелую и чувствуя себя самой счастливой девушкой на свете...
Камин тихо пел свою песню, иногда вспыхивая мириадами искр, освещая мохнатый ковёр, тёплый плед, пустые бокалы из-под вина, мужчину и женщину, которые уснули в объятьях друг друга. Счастливых, любящих и любимых.
На небе вспыхнула рождественская звезда, осенив их своими тонкими лучиками, сберегая их тайну и охраняя их сон...