Башня отбрасывала вниз, на траву и обрывистый берег, толстую тень, и проследив ее до макушки, Кира увидела сверкание воды в теневых проемах, и на одном — невнятный комочек фигуры. Солнце показывало ей — ее саму, перед тем как совсем укатиться за горизонт, там, где раньше был город, а сейчас незнамо что. Но идти проверять, что там, с другой стороны, Кира ленилась. Рассудив, если происходящее — все же ее галлюцинации, пусть показывают, что хотят. А если это реальность, она никуда уже не сбежит. Тем более, что там увидится сейчас, когда угасает последний солнечный свет и заря скоро переместится в небесные пределы.
Что-то беспокоило Киру, мешало сидеть, отдыхая. Эти острова. Как раскиданные и неубранные игрушки. И свет. Который почти ушел. Она оглянулась, прослеживая взглядом и останавливая его на скудных предметах. Гладко пригнанные плиты пола. Низкий бордюрчик очага. Хрустальный фонарь, похожий на огромную диковинную шишку. Коробок спичек, почти потерянный в сумраке. Черный прямоугольник выхода к лестнице.
Все?
Нет. Она опустила ногу с подоконника. Встала.
Есть еще она. Кира. И ее ощущение, что тут — неправильность.
Над серой гладью воды загорелись нежным розовым дальние облака, это заря, пылающая с другой стороны, невидимая, потому что горела — над самой башней, зажгла их. Зажгла. А под розовым, в темнеющем сером, среди невидимых уже островов белела пара точек. И с другой стороны слышался тихий стрекот.
«Я-то думала, совсем средние века, а вон там — катер, и нитка пены за кормой, почти уже…»
Она отвернулась, быстро подошла к очагу и опустилась на колени, беря коробок. Тот зашуршал крошечной погремушкой. Спички были толстыми, с отличными большими головками, чиркали весело и ярко горели, дожидаясь, пока Кира, суя маленькое пламя в лучиночный домик, зажжет его сразу с нескольких сторон. А когда стемнело совсем, занялся плавник, поднимая над выбеленной древесиной прозрачные лепестки живого огня.
Кира выпрямилась, убирая волосы с горящего лица. Посмотрела на руку, та была в копоти. Наверное, перемазала щеки, улыбнулась она, вставая. Затекшие колени покалывало иголками.
Пламя прыгнуло, покачалось, будто нащупывая прозрачным пальцем нужное направление. И устремилось вглубь стеклянных плоскостей, внезапно, сразу размножившись там и став ярчайшим. Лепестки танцевали, все верхушки устремлялись в центральную точку, вытягиваясь черной нитью, и она, не касаясь стекла, уходила между плоскостями и гранями в потолочную темноту.
Маяк должен гореть. Такая, совсем простая истина. Неважно, как он выглядит, башней из дикого камня или белой колонной, напичканной электроникой. Ночью он светит. А то мало ли. Там острова. И между ними парусные корабли, рыбацкие лодки, маленькие катера.
— А если бы я не пришла? — скандально спросила Кира у пляшущих в башне черных теней и красных отсветов.
Вопрос был риторическим. Так что ответа она не стала ждать, да и кто заговорил бы с ней, на человеческом языке. Похоже, сегодня ее диалоги обошлись без высказанных слов, собранных в предложения. Но они были. Получается, и ответы на свои вопросы она тоже получает не от кого-то конкретного, а — просто так? От пустоты, высоты, мрака и света. Немного ужасно понимать, что она должна правильно их услышать. А вдруг ошибется? Но, с другой стороны, владеющие языком, ой, не всегда, отвечают правду. Ошибаются тоже. А иногда, и — часто, намеренно лгут. Так есть ли разница, Кира, откуда пришел верный ответ на твои вопросы? Нужно ли тебе, чтоб обязательно открылся чей-то рот, зашевелился чей-то язык, касаясь зубов и неба? Или можно прислушаться и услышать.
Вот это уже были именно ее мысли, вниз по ступеням думалось намного удобнее. Из дверей Кира вышла, щурясь на еще яркое солнце, оказалось, тут оно и не думало садиться. Схватилась за карман, вынимая мобильник. Время сегодня решило ее побаловать, убедилась Кира, пряча телефон. До заката еще три часа, и все приключения с башней, плюс прогулка по ветреному песку, уместились в какие-то полтора часа обыденного времени.
Уходя через знакомые улицы к остановке, она решила, это тоже знак, вот и славно, успевает и поработать с картинками, и написать письмо редактору Пешему, и возможно, уже сегодня дождется ответа.
Глава 7
Вместо запланированной работы со снимками Кира, поужинав, удобно уселась с ногами на диван и открыла маленький нетбук, нашла закладку на сборник старой японской поэзии. И махнув рукой на все дела, и на ответное письмо редактору Пешему, пару часов провела в другой реальности. Отвлекаясь на другую страницу, где рассказывала о своей жизни и своей реальности придворная дама Сэй Сенагон.