Кира вздохнула и взяла с него обещание, что по магазинам за продуктами будут ходить вместе, чтоб ей не таскать тяжелые сумки. И чтоб не обижался, если она, подсчитывая доходы, станет скаредничать, растягивая деньги до следующей его зарплаты.
— Отлично, — обрадовался Илья, уже привычно целуя Киру в нос и удаляясь в ванную, — и покупать будем, крупное чего-то, по очереди, тебе и мне. Что ты там хотела? Объектив новый? А у меня телефон разбит. Вот есть, зачем складывать денег.
Собственно, несколько раз он пытался перетащить ее к себе, но Кира не пожелала добавлять себе хлопот, орудуя на обеих кухнях, и бегая от котов к Илье и обратно. Нет уж, процитировала фразу из старой комедии, замешивая тесто на домашнее печенье, уж лучше вы к нам.
Старые умения она вспомнила с радостью. И теперь пекла и варила: кормить большого мужчину было таким же замечательным удовольствием, как удовольствие, с каким он ел приготовленные Кирой вкусности.
Всерьез волновало ее теперь одно. Собственные легкие слова насчет возраста. Они никак не мешали бы ей, если бы все сложилось по-другому. Ну да, вполне молодая спортивная дама, пусть старше, но выглядит хорошо. Достойно, прямо скажем, выглядит для своих, сколько она там наврала парню, тридцати восьми. И нет нужды напрягаться постоянно, стремясь выглядеть на придуманный возраст с утра и по вечерам, а уж привести себя в порядок перед свиданием, сделать незаметный аккуратный макияж после маски-тоника, подобрать нужную одежду — к лицу и по фигуре, при свидании сотворить мягкий, лукаво щадящий свет-полумрак. И прочие маленькие женские хитрости, которые — для удовольствия двоих. Оказалось, в новых условиях сомкнутых территорий они теряют свой знак, упорно переводя плюс в минус, делая невинную хитрость — враньем. А то — из легкого, немного ухарского, вот мол, поди догадайся, уличи, без заглядывания в паспорт, вдруг тяжелеет, показывая суть. Просто вранье. Кира пыталась уговорить себя, тысячи женщин скрывают свой паспортный возраст, и им это лишь помогает. Но о помогательности знала, как вдруг поняла, со слов, из уверений, а мало ли, кто что говорит.
И паспорт еще этот… Оказалось, в жизни вдвоем существует множество ситуаций, которые теперь нужно постоянно контролировать. Следить, чтоб несчастный этот паспорт не попался Илье на глаза. Мягко уходить в сторону от обычных предложений и планов — а давай самолетом полетим куда, вот я заработаю, и опа, собрались, слетали. Или даже побежать по делам, за какой нужной справкой, спросить своего мужчину — паспорт мой не видел, куда сунула…
А еще звонки Светильды. Кира ошеломилась, пугаясь, когда вышла из ванной, и увидела, Илья говорит по ее телефону, прощаясь и радостно передавая ей трубку:
— Тебе тут дочка звонила уже пять раз. Я чето струхнул, может, случилось чего. Хотел сказать, что ты щас. Выйдешь.
А после, валяясь на диване, похвастался гордо, закидывая длинную ногу на колено другой:
— А она ничего, нормально так со мной. Знает, как зовут. Ты про меня говорила да, говорила? А что ты говорила?
— Сказала, что ты мой герой, — Кира улыбалась, думая про себя, а ну как Светка ляпнет что-то о прошлом, и мальчик посчитает. Спросит. Хотя считать Илья не любил, да и читать тоже, о чем Киру предупредил сразу, и очень радовался, что из-за этого не сделался для нее глупее. Он и правда, дураком совершенно не был, а книги, ну, Кира ведь тоже не глупа и знает, нынче кроме книг полно занятий, увлекающих и поедающих время. Книгочейство сделалось таким же хобби, как, например, склеивание моделек самолетов или выращивание экзотических овощей на даче. Кто-то делает это, а другие делают другое. Смотрят кино и играют за второй состав городской футбольной команды, усмехнулась она. И снова вернулась к тягостным мыслям о паспорте.
— А ты его забудь, на виду, — посоветовала ей Вероника, в ответ на переживания, — и что будет, так тому и быть.
— Кажется, я еще не готова, — помедлив, написала Кира подруге.
А та со смайликом уточнила:
— Еще не готова? Или — уже готова? Спеклась, да?