- а что тут еще думать? Я полюбила, он – нет. Все.
- вот не верю! Ты не видела какими глазами он на тебя смотрит и обхаживает как коршун.
- тогда почему?
- не знаю. Там вообще все мутно. Влад ни в чем не признается, хотя я пытала. Пропадает на работе днями и ночами, а домой приходит мрачнее Эдварда руки-ножницы, говорит «опасно, не лезь».
Опрокинули мы с ней бутылку и закусили тарталетками с эклерами. Зато выговорились и наревелись от души, даже легче стало. А потом завалились спать, не обращая внимания на распирающий от звонков телефон.
Дни текли за днями. Я старалась зарываться в книги, чтобы не думать о дребезжащих мою голову «а если бы…». Я скучала, как пес в отсутствии хозяина, но не позволяла лелеять надежду, сковала сердце в замки.
А спустя две с половиной недели раздался звонок в дверь. Как удар молнии. И я знала, чувствовала, кто стоит за дверью.
Открывать или не открывать? – усмехнулась я. Хорошо, что осадок злости еще до конца не развеялся и прибавил смелости. Вот только я оказалось не готова к тому, что увижу за дверью.
Его лицо и руки исполосованные словно на нем в крестики нолики играли, на левом глазу здоровенный кровоподтёк. Тело надломлено, будто дышать тяжело. Одет в черное, максимально закрытое. Что с ним случилось?
- Яна, прости. – прохрипел Миша. - Не хвати никаких ебаных слов, чтобы описать как я сожалею, но прошу выслушай…
И я «выслушиваю». В тот день, пока всех погружали в машины, Вике удалось сбежать. Две недели ее искали. Стали ловить на живца, то есть Мишу.
Вся поступающая в мой мозг информация текла крайне медленно. В какой-то момент, чтобы прервать этот «поток», я закрыла дверь. Просто нужен перерыв, рекламная пауза, иначе я разрыдаюсь, а мне нельзя…
Раз, два, три. Звонок. Открываю.
- Ян, я не уйду. Останусь жить здесь, на коврике и… - на этот раз в дверь он вцепился.
- Держи, останешься то теперь по-любому. - протягиваю ему положительный тест на беременность.
Миша смотрит на меня, потом на тест, потом опять на меня - а мне так смешно и горько одновременно. Его потрепанный вид сейчас выглядит таким умилительно-растерянным, до кончиков пальцев хочется погладить его по «шерстке».
Вихрем влетает в квартиру и подхватывает меня на руки. Несет на кровать и бережно усаживает, приземляясь на корточки. Движения слегка ломаные, ему больно. Нужно бы… но не успеваю закончить мысль, как ее перебивает фраза:
- завтра идем в загс, я договорюсь. - я не сразу понимаю смысл, потому что кое-кто гладит мои ноги. Верх и вниз.
- З-завтра? Ты сошел с ума? Давай хоть через месяц?
- Зачем так долго ждать?? Завтра в самый раз!
- Действительно, а что не через часа.. два? - и вдруг понимаю по его горящему взгляду, что подала ему отличную идею. Твоюююж. - Мммм. - откидываюсь на спину на кровать, закрывая руками лицо.
А потом чувствую, как проворные руки поднимают мою кофту, а дальше уже горячие губы порхают на моем животе будто там центр вселенной. Рассудок сбег «в кусты».
- ты же согласна? - нашептывает ласково. Потомить его или сжалиться?
- Согласна, все равно уже не отвертеться…
- Это да!
*
- слушай, Миш, а какая у тебя фамилия? – он возводит глаза к потолку, будто задумывается. Я лежу у него на плече и считаю удары сердца.
- Снежный.
- Снежный?! – усмехаюсь я. – Яна Снежная... звучит… - меня опрокидывают и смотрят в глаза. А потом целуют, глядят, ласкают будто сердце в теплом джакузи.
- ну что, Яна Снежная, чем будешь кормить своего любимого будущего мужа? – мои губы растягиваются в улыбке. – или сразу перейдем к десерту? – и играет бровями, что заставляет меня засмеяться.
- опять?
- слишком вкусный вышел десерт….
«Я задыхаюсь от жадных губ твоих,
Я просыпаюсь от нежных рук твоих.
Перед тобою я стал бессильным,
Перед тобою, такой красивой»
(Стас Михайлов - Я знаю, ты горазда)
Эпилог
Пять лет спустя
Сидят мои парни и поят маленького котенка из крышки для бутылки.
- Маам! Смотри! Давай заберем?! – и взгляд такой умоляющий. Боже, папа нас чуть не убил за Шарика, которого мы подобрали на трассе. Правда, сам с ним с удовольствием делает зарядку и бегает по утрам.
- Яр, папа будет не в восторге…
- у нас же дом большой! Всем места хватит. Я его с Шариком подружу. И с Кузькой. – подружит, ага, обязательно. Особенно с ленивым прожорливым голубцом Кузькой, который только и делает, что лежит, потому что при ходьбе заваливается на бок.
Да, у нас родились оба пацана с разницей в год – Ярослав и Матвей. И жизнь не перестает «подкидывать» безбашенные идеи, крутые виражи и ни секунды скуки. Мерзнуть некогда, ритм сумасшедший, но я бы ни за что его не променяла на что-то другое. Да, иногда не хватает времени на нас с мужем наедине, что уж там, не хватает на минуту закрыть глаза, чтобы ничего не взорвалось, разбилось или выплеснулось. Разумеется, «случайно». Но мы все равно пытаемся урвать свои обнимашки, поцелуйчики и ласки. В перерывах, между морганием.