– Простите, простите еще раз… – пробормотала девушка.
Выпорхнув из-за стойки, она устремилась через длинный коридор к лестнице, ведущей на второй этаж. Когда стук ее каблуков растворился в тишине, Скотти повернулся к Нельсону и, подмигнув ему, удовлетворенно произнес:
– Ну вот, так-то лучше.
– И зачем было ей угрожать? – тихо спросил проходимец.
– Затем, что я не собираюсь ждать, пока старуха уделит мне время, – хмыкнул Скотти. – Она обязана мне кое-чем, так пусть уж выкроит минутку-другую. А девка… Да что с ней будет? Похныкает малость и уймется, зато потом шелковая будет.
– Как знаешь… – устало вздохнул Нельсон.
Он отчего-то чувствовал себя неловко – все ждал, что одна из многочисленных дверей откроется и он увидит Вивиан, а она – его.
«И почему меня это так волнует?…» – мысленно дивился проходимец, но ничего с собой поделать не мог. Сердце танцевало чечетку на ребрах, а в горле было так сухо, словно последние два дня Нельсон провел в баре наедине с ящиком самого дешевого виски.
– Думаешь, Вивиан тут? – словно прочтя мысли друга, поинтересовался Скотти.
– Не знаю.
Нельсон старался казаться равнодушным, но получалось не слишком: по лукавому взгляду Скотти проходимец понял, что товарищ его раскусил. Впрочем, Ригану хватило такта не донимать друга новыми остротами.
Хотя, может, проходимца спасло не это, а уже знакомый цокот каблуков.
– Возвращается наш мотылек… – пробормотал Скотти и ухмыльнулся.
– Мистер Риган! И вы, сэр… – сказала девушка, подойдя к друзьям.
– Не важно, – заверил Нельсон.
– Миссис Райт готова вас принять. Идите за мной.
– Ну надо же, какая честь… – проворчал Скотти. – Сама хозяйка борделя согласилась уделить нам несколько драгоценных минут…
– Не бузи, – прошипел Нельсон, правда, беззлобно: он знал, что товарищ бормочет всю эту чепуху только для того, чтобы хоть чуточку поднять им обоим настроение.
Наблюдая за тем, как плавно покачиваются бедра идущей впереди девушки, друзья прошли мимо десятка одинаковых коричневых дверей с номерами. Из-за некоторых доносилось усердное пыхтение клиентов и донельзя фальшивые стоны – запертые в комнатах девушки честно, но без лишнего энтузиазма отрабатывали зарплату.
Треклятая фантазия снова зашевелилась и даже попыталась по звукам воссоздать картины происходящего в номерах, но Нельсон беспощадно себя одернул:
«Соберись! Мы здесь не за этим!»
Поднявшись на второй этаж, друзья прошли через короткий коридор к массивной дубовой двери, укрепленной толстыми стальными полосами. Никаких табличек не требовалось, чтобы понять: внутри находятся покои Памелы Райт – хозяйки всего этого фривольного безобразия под названием «Одинокий мотылек».
Провожатая с трудом отворила тяжелую дверь и жестом пригласила гостей внутрь. За порогом находилась приемная – светлая комната с высоким потолком, большими окнами и картинами на розовых стенах. Кабинет миссис Райт скрывался за еще одной дверью; расположенная прямо напротив входной, она являла собой ее точную копию – вплоть до клепок и вмятин на пластинах. Слева темнели стол и стул красного дерева.
«Не Вивиан ли тут сидит обычно?» – мелькнула мысль.
– Подождите тут пару минуток, ладно? – вымученно улыбнувшись Скотти, попросила девушка. – Она вас позовет.
– Подождем, – нехотя буркнул тощий пройдоха. – Что ж с вами поделаешь…
– Спасибо, – облегченно вздохнув, сказала провожатая. – Ну я пойду?
– Идите, все в порядке, – ответил проходимец, спеша опередить Скотти.
Девушка благодарно улыбнулась ему уголком рта и покинула приемную.
– А она ничего, согласен? – спросил Скотти, когда они остались одни.
– Ты же только что на нее срывался, – скосив глаза в сторону друга, заметил Нельсон.
– Ну не за внешность же! А за нерасторопность.
– Угу…
– Ладно, вижу, ты сейчас ни о чем, кроме дела, думать не можешь… но не переживай: сейчас мы со всем разберемся. Только попадем к старухе в кабинет…
Он нарочито громко хлопнул в ладоши и, сложив руки за спиной, принялся расхаживать по прихожей взад-вперед.
Нельсон, не зная, чем себя занять, принялся рассматривать картины, которыми миссис Райт щедро украсила приемную. Были здесь и ничем не примечательные натюрморты, и довольно интересные пейзажи, которые изображали штормы, вьюги и белоснежные шапки гор, но больше всего проходимца заинтересовали портреты.
– Понравились? – спросил Скотти.
На первом портрете была красивая женщина с длинными, до плеч, пепельными волосами и орлиным носом. Чуть вздернув подбородок, она смотрела на Нельсона взглядом хищной птицы, готовой растерзать любого, кто встанет на ее пути.