«Разберемся, как доедем… чего ломать голову понапрасну?»
– Извините, мистер Луис, – хмыкнул Скотти. – Я не нарочно. Оно само так… вышло…
Он закашлялся, и Нельсон тихо чертыхнулся про себя.
«Интересно, насколько сильна магия кольца? Удержит ли она в нем жизнь, если пуля, скажем, зацепила печень… или только оттянет неминуемое? – Нельсон облизал пересохшие губы. – Хуже всего от мысли, что ничего бы этого не было, если бы однажды я не решился шагнуть в зеркальную расщелину… а потом еще раз… и еще».
Сгорая от ненависти к самому себе, Нельсон сжал руль с такой силой, будто собирался вырвать его с корнем.
«А что толку теперь злиться, если все уже случилось? Ошибки прошлого можно исправить только настоящим. Скотти выбыл, значит, мне надо собраться и довести дело до конца самому».
Руби свернула на Циммер-стрит и, проехав три дома, нырнула в темный дворик.
Осеннее солнце над желто-красным Стоунпортом медленно, но верно клонилось к закату.
Город засыпал.
Покосившуюся дверь Гектора Кейси легко бы нашел среди тысяч других, даже если бы ментор избавился от украшавшего ее синего креста.
«Но это ведь символ Вестников, как можно…» – саркастически подумал бородач.
Распахнув дверь, Кейси переступил через порог и выжидающе уставился на человека, сидящего на старой ржавой койке с продавленным матрасом. Сразу за койкой находился рабочий стол, на котором стоял допотопный телефонный аппарат и лежали всевозможные бумаги.
– Брат Кейси, – посмотрев на гостя темно-зелеными глазами, рассеянно сказал хозяин. – В ожидании Исхода.
У него был длинный нос с широкими крыльями и густые брови, похожие на две жирные черные гусеницы.
– Да-да, и тебе того же, – буркнул бородач.
Он закрыл за собой и, подумав, вставил массивный крюк в петлю.
– Ты же знаешь, сюда все равно не заходят, – криво улыбнулся Гектор. – Синий крест их пугает больше, чем освободившийся джинн.
– Пугает? – фыркнул Кейси. – Опомнись, старина, никто нас не боится. Шарахаются скорей, как от безумцев.
– Безумцев… – презрительно усмехнулся Гектор. – Когда Исход завершится, безумцами будем казаться не мы, а они! Ты ведь помнишь, что на этот счет говорится в «Истине»?
Хозяин лачуги спрыгнул с кровати и, опустившись на четвереньки, сунул правую руку под кровать.
– Помню, конечно… – тихо сказал бородач, но ментор его то ли не слышал, то ли осознанно игнорировал.
– Вот она, прародительница всех правд! – торжественно объявил хозяин лачуги.
Он наконец вытащил из-под койки толстую книгу в черной матовой обложке. Корешок ее украшала горделивая надпись «Истина первоначальная». Это был труд, ставший основой для всего движения Вестников. В книге описывался процесс Исхода – разумеется, не подробно, а намеками, туманными фразами, которые читатель мог толковать как заблагорассудится. Проще говоря, как и всякий пророческий трактат, «Истина…» предсказывала будущее с той же точностью, с которой бинокль помогал определить расстояние до солнца.
И тем не менее нашлись люди, которые поверили автору трактата, Адаму Ковингтону. Пока их было не так чтобы очень много, но чем чаще жители Вандерсайда сталкивались с утечками магии, тем больший интерес вызывало у них движение Вестников. У фанатиков вроде Гектора «Истина» и вовсе была настольной книгой; из того экземпляра, который ментор хранил под кроватью, торчала наружу целая куча закладок, отчего трактат напоминал странного канцелярского ежа.
– Помнишь это место? – спросил хозяин лачуги.
Вскочив с пола, он раскрыл книгу на середине и поднес к листу длинный крючковатый палец:
– «Маги всех пород превратятся в бессмысленных неучей. Стремительно теряя возможность колдовать, они станут бесполезным сбродом, а альбиносы, к волшбе чувствительные, напротив, расправят плечи и будут востребованы всеми – каждый захочет узнать, сколько магии у него осталось. Такие перемены возвестят о начале Исхода – процесса, за которым последует…»
– Давай сегодня обойдемся без чтения любимых мест, ладно? – перебил хозяина Кейси. – Я к тебе по делу. Срочному.
Гектор нехотя закрыл книгу.
– Что стряслось?
– Помнишь, вчера я просил узнать, где живет тот профсоюзный громила, Стивен? Ну который доставал моего приятеля-альбиноса?
– Помню, – медленно кивнул хозяин.
– Сегодня утром кто-то поджег подвал, где живет альбинос.