— Непременно, — пробормотала Риана и уже громче добавила: — Думаю, на сегодня хватит. Этот замок и за месяц не осмотреть, продолжим в другой раз, хорошо?
— Как скажете, госпожа, — ухмыльнулся Тион, шутливо поклонился и, обернувшись белой молнией, вылетел из комнаты.
Оставшаяся в одиночестве девушка сняла перстень и в который раз начала его разглядывать. Волна, перечеркнутая посередине. Осколок магического ядра из озера, что когда-то было центром этих земель, а сейчас стало его самой большой бедой. Вот оно как… Что ж, этим стоит воспользоваться. Значит, на Идисе такие камни используют некроманты? Риана сжала камень в ладони и назвала имя той, которая могла ответить на многие ее вопросы: «Ринда Ланкрейз». Прошла минута — ничего не произошло. Сердце, кажется, пропустило несколько ударов. Тион ошибся? Магия не одобрила выбор? Нужен какой-то обряд? Или это вовсе не Слеза Ризелиона, что тогда?
Риана сжала кольцо еще сильнее. На этот раз она назвала имя человека, о смерти которого писали даже в газетах. Единственного, кто смог сбежать из тюрьмы на этом острове, и был казнен по приказу Совета Двенадцати.
— Зигард Олленг.
Глава 15
Нежданное родство
— Зигард Олленг.
Прошептав имя, вычитанное из статьи о Ризелионе, Риана замерла. Некоторое время ничего не происходило. Девушка уже подумала было, что слова Тиона о ключе между мирами оказались одной из шуток духа дома, как вдруг воздух будто сгустился, покрылся рябью и принял очертания молодого мужчины с черными волосами до плеч. Было видно, что перед ней не живой человек, но и не призрак, а скорее тень когда-то жившего волшебника — и от осознания этого у Рианы мурашки побежали по коже.
— Ну здравствуй, дочь, — усмехнулась тень.
Риане показалось, что она и впрямь чем-то похожа на этого мужчину, как будто они были родственниками.
— Здравствуй, — повторила за тенью Риана, не особенно задумываясь над ответом.
— Желать здоровья покойному — дурной тон, — хохотнул призванный.
— Так ты все-таки умер?
В ответ на это Зигард Олленг лишь насмешливо посмотрел на девушку. М-да, дурацкий вопрос.
— То есть… Я хотела сказать… Ты мой отец? — окончательно смутилась Риана, отчего внимательно следивший за ней мужчина расхохотался лающим смехом.
— Конечно, отец! И даже смерть этого не изменит! — отсмеявшись, ответил Олленг. — Или ты думала, что я тебя не узнаю?
— Нет, не думала, — честно ответила Риана, — я вообще ничего такого даже не предполагала.
— Мы волшебники, Элен, — уже серьезно сказала тень. — В нашем мире отношения с отцом — это не простая формальность, а кровная связь. Плюс разные привидегии, вроде упрощенной формы наследования. Кстати, ты уже получила мое наследство?
— Э-э-э…
— По лицу вижу, что нет, — сделал нехитрый вывод Олленг. — Я понимаю, дом моей кичливой мамаши не самый лучший подарок, так что сама решай, надо ли оно тебе.
— Мне об этом в Чурибе ничего не сказали…
— Чуриб? — удивился мертвый отец. — Зачем тебе к безликим? Сразу поезжай в Феларию. Улица Гиацинтов, сорок пять. Там же кровная защита, все и без документов принадлежит тебе. Ну и оставшимся Олленгам по женской линии, хотя они там могут находиться только на птичьих правах. Дом твой, Элен.
— Почему ты называешь меня Элен? — задала Риана вопрос, который сейчас волновал ее больше всего.
— Называю той, кем помню, — пожал плечами отец. — Знаешь, имена не так уж и важны, кровь важнее. Я не имею в виду эти аристократические заморочки, их я всегда на дух не переносил. Но род все же играет свою роль, тут уж ничего не попишешь.
— Значит, по крови я Олленг? — спросила Риана, сбитая с толку внезапной новостью.
— Правильнее будет сказать Вартейн, — поправил ее покойный. — Когда я женился на Лиаде, разразился жуткий скандал. Я ушел из семьи и отрекся от рода, поэтому фамилия тебе досталась от нее — Вартейн.
— Твои родители были против свадьбы? Почему?
— Почему? — повторил Зигард и снова расхохотался. — Странные ты вопросы задаешь, дочь. Потому что я фелариец, а Лиада родом из Детфорта. Наши полисы граничат, а потому что дружба, что вражда между ними особенно сильны. Моя смерть — тому доказательство.
— Тебя осудили, а затем казнили из-за политических разногласий? — нахмурилась девушка.
— Меня устранили, когда стало известно, что ты Избранная, — пояснил Олленг. — Фелария и Детфорт боролись за право стать родиной девочки, от которой зависело их будущее. И Сирен Кафтнер, Хранитель Детфорта, пошел на крайние меры, чтобы не делиться таким сокровищем.