Странная женщина поудобнее перехватила младенца на руках, и Риана заметила, как на ее пальце сверкнуло кольцо — серебряное, с черным камнем посередине.
— Впрочем, мы отвлеклись, — опомнилась неизвестная. — Ты задала только один вопрос, а времени осталось не так много. Что ты еще хочешь узнать?
— Я Элен Вартейн? — решилась Риана после недолгого раздумья.
— О, догадалась, — довольно кивнула женщина. — В некоторой степени это действительно так.
— То есть как — в некоторой степени?
— Ты была когда-то Элен Вартейн, но после принятия родовой магии кровь предков настолько сильно изменила тебя, что, по сути, сделала другим человеком. Кровь рода отразилась на твоей внешности, на магии, на памяти, в конце концов. И хотя, с одной стороны, ты не перестала быть Вартейн, с другой — ты имеешь полное право называться Рианой Ланкрейз.
— И не только ей, верно?
— А это уже четвертый вопрос, — усмехнулась женщина в плаще, и ее темную фигуру окутал густой туман.
— Хозяйка очнулась! Хицц очень переживал за хозяйку, Хицц два дня ухаживал за ней и очень рад, что хозяйка пришла в себя! — запричитал дух дома над Рианой, стоило той открыть глаза.
Голова раскалывалась, и бормотание духа отдавалось в висках ударами маленьких молоточков. Тем не менее до плохо работающего мозга Рианы дошла важная информация: она была без сознания два дня. Что ж, уже намного лучше четырех, но она все равно чувствует себя отвратительно.
— Хицц перенес хозяйку Риану в старую комнату хозяина Редила, — продолжал дух дома. — Хицц подумал…
— Хицц, замолчи, — поморщилась молодая волшебница и, насладившись тишиной, продолжила: — Принеси мне еды, лучше всего мяса. И пока я буду есть, расскажешь о той фибуле.
— Хицц все сделает, хозяйка!
Маленькое существо низко поклонилось и исчезло с гулом черного вихря, заставившим Риану снова схватиться за голову.
Глава 17
Экзамены
— Риана, вы собираетесь сдавать полный академический курс или просто решили стряхнуть пыль со всех книг из библиотеки? — иронично поинтересовался портрет сэра Геллерта, пытавшийся разглядеть хозяйку замка за грудой старинных фолиантов.
— Первое, — буркнула Риана, и ее темная макушка снова скрылась за горой книг.
— В таком случае позвольте поинтересоваться, зачем вам это? — продолжил допрос нарисованный маг, невозмутимо протирая свои очки. — Вы сами говорили, что в Дагмарскую Академию примут и с пятью практиками.
— Я вспоминаю, — снова невнятно промычала девушка, не отрываясь от чтения.
— Простите меня за любопытство, но что именно вы вспоминаете?
— Все.
Сэр Геллерт тяжело вздохнул. Старый волшебник так соскучился по общению, что Риана старалась лишний раз не оставлять его в одиночестве. Вот и сейчас Ланкрейз набрала в родовой библиотеке кучу книг и обустроилась в холле на полюбившемся ей диване. Но погруженность девушки в учебу по-прежнему не давала сэру Геллерту возможности насладиться приятной беседой.
Скосив глаза на расстроенный портрет, Риана решительно захлопнула толстый том «Искусства превращения» Умга Шталтунга.
— Извините меня, сэр Геллерт, — потерев уставшие от многочасового чтения глаза, произнесла девушка. — Я не хотела обидеть вас своим невниманием. Но ведь вы понимаете, насколько все это важно для меня.
— Риана, я прекрасно вижу вашу подготовку, вам не о чем волноваться, — уверил портрет молодую леди. — Вы сейчас зарылись в высшую магию и научные труды, которые знает не каждый профессор. Неужели думаете, что это понадобится на экзамене?
— Нет, конечно нет, — устало ответила Ланкрейз. — Я начала читать, чтобы понять, сколько знаю. И обнаружила, что постепенно вспоминаю все, о чем говорится в этих книгах. Чем больше я читаю, тем больше воспоминаний приходит ко мне… Но я, как и раньше, ничего не помню о прошлой жизни. Друзья, родные, любимые вещи — все это ничего не значит, этого словно не существует. Знаете, такое ощущение, будто никакой жизни раньше и не было, будто я родилась заново и только теперь выбираю свой дом, Академию и даже семью.
— Выбирать — это хорошо, — сказал Акер, внимательно слушавший хозяйку. — Многие хотят выбирать, но не всем разрешают.
— Может быть, — согласилась Риана со стражем замка. — Но мне кажется, кто-то сделал меня такой, чтобы я выбирала все снова, а значит, он контролирует мой выбор.
— Выбор человека нельзя контролировать в полной мере, — заметил Генрих Геллерт. — Можно лишь подтолкнуть его к этому выбору, помахав перед носом нужными фактами, но кто вам мешает изучить любой вопрос самостоятельно и принять свое решение?